Тонкс едва не прозевала, как исчез клюв. Это стало для неё сигналом:
— Ренервейт Дора! — воскликнула девушка, самоутверждаясь за счёт смены своего магического имени, избавляясь от того, что дали родители, метафорически обозвав «Подменой», хотя буквально «Дар нимф», но злые языки сумели уязвить дитя.
Дора ахнула, явственно ощутив, как что-то внутри неё изменилось, и спустя мгновение наглядно увидев, как ореол заклинания охватывает её тело с чётким вытеснением тёмного комка к приставленному к ладони кончику палочки, всосавшей порчу. Однозначно чью-то заковыристую и маскировавшуюся порчу! Девушка полыхнула одновременно гневом, счастьем, облегчением. В свете ещё действовавшего Вердимиллиуса она ясно увидела, как её собственная аура становится мощнее и чётче, как синхронно выравнивается и стабилизируется мощный ореол вокруг каштановой палочки, теперь визуально не уступающей остролистовой и совершенно чистой от крови, как и державшая её рука с рукавом рубахи очистились от крови, целиком впитавшейся в волшебную палочку согласно действию заклинания Тергео.
Интуиция или сама Магия подсказали миг, когда оба участника резко прервали контакт. В этот момент волшебное свечение Вердимиллиус погасло, но магия ещё какое-то время перестраивалась на новый лад, будоража изнутри странными ощущениями. Судя по физиономии мальчишки, Поттер тоже провалился в собственные ощущения, постепенно расплываясь торжествующей улыбкой.
Доре Тонкс даже пришла шальная мысль при покупке полироли отблагодарить профессора Снейпа поцелуем — заслужил! Разумеется, под чужим обликом… какой-нибудь сексапильной итальянской красотки из «Ведьмополитена». И кое-чей мозгошмыг тут совершенно не причём, просто залетел в чужую голову, совершенно случайно…
Глава 28
Парни на Косой
— Успешно? — полувопросительно спросил Ксенофилиус, переживая за гостей, столь спонтанно воспользовавшихся его домом. Хозяин особняка счёл провидением Судьбы, что гостья при падении умудрилась одновременно нажать на нужную ступеньку и потянуть за нужный рычаг, а потом уронить стул на нужную половицу, чтобы под ней открылся проход вниз. Механический замок потому, что магический портился из-за той мешанины тёмных чар, что не получалось убрать, только блокировать.
— Да, — хором ответили Поттер и следом за ним поднимавшаяся Тонкс, которая намеревалась сбежать, но провалилась ниже, на эмоциях рискнула и поддалась уверенности мальчишки со слишком взрослыми взглядом и солидными опекунами.
— После подобных передряг колдомедики рекомендуют дня два-три воздержаться от колдовства, молодые люди, — Ксенофилиус сменил тон на более жёсткий.
— Ага.
— Как не вовремя… — досадливо простонала Тонкс, с трудом концентрируясь из-за сонма мыслей и эмоций касательно произошедшего, но пуще о той порче, что они вдвоём из неё выдавили-выудили, а все колдомедики до этого словно не замечали эту пакость, которую могла ей подсадить лишь бабка по матери, Вальбурга Блэк, изгнавшая племянницу из древнего рода за связь с грязнокровкой, а нынче уже мёртвая, скопытившись в жалкие шестьдесят лет вместо ста восьмидесяти.
— Фениксы рождаются из пепла, — произнесла Луна, с ярко выраженным интересом рассматривая обоих экспериментаторов. К ней даже закрался крамольный мозгошмыг спуститься вниз впервые со дня трагической гибели мамы, без остатка растворившейся в Магии как кубик сахара в кружке чая.
Мужская часть сразу не поняла смысла фразы, а Дора смущённо коснулась своих волос, в естественном виде имевших неравномерный пепельный оттенок.
— Ещё и это, ну конечно! И спасибо, мистер Лавгуд. У вас есть камин? — прыгая с темы на тему. Прибыла ненадолго послушать совет, а отвалили решение.
— У нас нет камина, мисс Тонкс. Вы точно чувствуете себя в порядке? Мистер Поттер? — переводя пытливый взгляд между участниками эксперимента.
— Хорошо, мистер Лавгуд. Ни одна чёрная лента меня не задела — магия феникса всё сожгла, — заверил Поттер, чем только сильнее взволновал хозяина дома.
— Извините, мне срочно нужно лететь, — Дора заговорила прежде Ксенофилиуса. — Как же плохо без аппарации… — схватила метлу и вымелась из дома, запрыгнув на древко прямо с крыльца. Она не догадалась направиться к общественному камину в пабе магической половины Оттери-Сент-Кэчпоул, а подсказать ей не успели.
— Теперь её мозгошмыги и нарглы в мире, — констатировала Луна, проводив взглядом экзотическую особу, которую байкеры приняли бы за свою.
— Пожалуй, мне тоже пора лететь — скоро обед у Уизли. Спасибо, — коротко благодаря.