Весь зал разразился аплодисментами, особенно сильными со стороны барсуков, поголовно вставших. Знаменитого волшебника глубоко уважали.
— Эмма Ванити, в прошлом блестящая игрок в квиддич, помощник декана факультета Слизерин, предмет Биология для младших курсов.
Слизерин рукоплескал жиденько, никто не встал, что очень показательно. Черноокая женщина в расшитом серебром тёмно-зелёном платье и строгой чёрной мантии, подобной у Северуса Снейпа, только без огромных рукавов, была готова к такому приёму и коротко кивнула своему столу.
— Муфальда Хмелкирк, лучший каллиграф из министерства магии, помощник декана факультета Равенкло, предмет Правописание для младших курсов.
Студенты все захлопали, но никто не встал поприветствовать низенькую женщину в юбочном костюме тёмно-синего цвета с белой блузой и металлически-блестящей бронзового цвета брошью в виде какого-то волшебного цветка. Некоторые второкурсники замычали с протестом и показательно сложили руки на груди, а вот Гермиона очень радовалась и победно глянула на Рона с его отвратным почерком.
— Ариф Сикандер, наш бывший профессор Маггловедения, помощник декана факультета Гриффиндор, предмет Обществознание для средних курсов.
Гриффиндорцы встали с аплодисментами любимому учителю, проводившему много уроков с пособиями из маггловской техники. Молодой мужчина улыбчиво отдал лёгкий поклон столу своего факультета.
— Оливия Сикандер, наша новая профессор Истории Магии.
Дети всё правильно поняли — колдофотаппарат Поттера запечатлел забавные выражения лиц школьников.
— Предмет Маггловедение теперь будет вести профессор Чарити Бербидж.
Скромная женщина среднего возраста поднялась с места и чуть кивнула всему залу, жиденько похлопавшему ей.
— Наш новый профессор Защиты от Тёмных Искусств — Гилдерой Локхарт.
Златовласый франт в бело-золотом наряде всех девчонок обаял улыбкой — даже раздались визги. Овации длились долго.
— Танцы! — этим внезапным восклицанием директор Дамблдор эффектно и эффективно добился тишины. — С этого учебного года в Хогвартсе восстановлены Танцы в формате кружков на уикенде. Отдельно для младших, средних, старших курсов. Позвольте представить нашего обворожительного танцмейстера — Шарлотта Фридэнс!
Дамблдор сам активно захлопал хрупкой француженке с роскошными локонами цвета воронова крыла и отчётливо видимыми небесно-голубыми глазами, чуток светящимися изнутри от применённой магии. К её элегантному бальному платью выразительно лилового цвета в районе пояса льнул, нежно обнимая, переливчато-голубой цветок, казавшийся объёмным, его лепестки целомудренно прикрывали и глубокое декольте сверху, и высокий вырез снизу. Фасон прозрачно-жемчужной мантии почти повторял таковой у МакГонагалл. Женщина средних лет изящно поклонилась, сплетя кистями что-то эдакое-приветственное, с виду ничем не закреплённый жемчуг в её волосах таинственно сиял созвездием. Девчонки в большинстве запищали от восторженной радости и предвкушения, даже Гермиона бросила на Рона такой взгляд, что тот испуганно вжал голову в плечи. И на мажорной ноте:
— А теперь пир! Шишка, Шайба, Шустрик, Шило, — произнёс директор смешные имена домашних эльфов, ответственных за активацию чар перемещения еды со столов на кухне на столы в Большом зале.
С каждым названным именем факультетские столы в мгновение ока заполнялись разнообразной и как в ресторане уложенной едой, заполнившей зал аппетитными ароматами.
Оголодавшие дети готовы были сожрать что угодно, устроив не праздник живота, а форменное обжорство? Ха! Это разве что к магглорожденным первокурсникам относилось, а остальные в поезде наелись сладостей и маминых вложений. Потому у детей и подростков возникла серьёзная дилемма — какое блюдо выбрать и какой десерт удастся запихнуть сверху. А вот старшие курсы оказались более предусмотрительными и действительно проголодались, покушав в поезде лишь немного, чтобы наесться вкусностей на пиру. За считанные секунды оглядев столы перед собой и повертев головы к соседям, все определились и потянулись…
Гарри-Грегарр отказался экзаменовать себя на пиру по Легилименции — у детей вокруг все на лицах и языке. По сравнению с Тёмным Лордом все школьные заботы — буквально детский лепет. Поттер помнил о предупреждении от Добби про заговор в Хогвартсе, однако глупо пытаться выявить его в полном детей зале в разгар пира. Зато во время церемонии распределения можно без зазрения совести пялиться на преподавательский стол, где приветливо выглядели все, кроме Снейпа, казавшегося заиндевевшей статуей самому себе, способной дышать, моргать и стрелять взглядами.