— Да и только Гарри колдовал над Поттеровской пальмой, — подтвердил старший Уизли, взяв на себя смелость официально поименовать дерево, ему обещанное, хотя оно ему не пришей кобыле хвост, что называется, зато коллеге из местных сгодится.
Все остальные согласно закивали.
И тут раздалось писклявое чириканье, за ним второе.
— Лим и Лам встали на крыло, — с довольной улыбкой констатировал Поттер.
Тут уж все увидели, как маленькие клубничный и редисочный сниджеты зависли у лиц своих хозяев, словно бы красуясь и ожидая одобрения.
— Волшебный нектар, — лаконично пояснила Луна и повела перед лицом рукой с замысловато согнутыми пальцами. Редисочный сниджет пролетел между ними и взмыл следом за клубничным.
— Ага. Эй, все кыш из моей волшебной тени! — с наигранным возмущением воскликнул Поттер. — Агуаменти Дуо. Глациус, — создав толстый невысокий столб и заморозив его, потом ещё один.
— Ого, гамак! Кру-уто, — протянул Финниган, легко узнав то, что Поттер подвесил между охладительных столбов.
— А я предлагал рощу для всех… — заметил Поттер, сбрасывая сандалии, рубашку и шорты, чтобы в плавках залезть в гамак и начать балдеть.
— Хех, — Билл хмыкнул и одним заклинанием превратил свою рубашку в гамак.
Фред и Джордж переглянулись и вместе поставили ледяные столбики для старшего брата и рядом для себя — Билл превратил их рубашки в гамаки, а шорты в пляжные зонты. Вскоре все дети качались в гамаках меж охлаждающих опор, а взрослые предпочли сесть под отельным грибком для обсуждения пальмовых рощ, наблюдения за детской сиестой и превращением цветочных метёлок пальмы в гроздья фиников.
Поттер, уютно устроившись в гамаке, вроде как уснул, а реально посвятил себя приёму Контроль Растений, чтобы получить плодовитые семена с заданными свойствами. Заодно Гарри-Грегарр решил придать своей пальме характерную черту, постепенно сделав место выхода из поверхности похожим на верх горшка из тех, которые миссис Уизли купила для запекания в духовке. Двух лукотрусов он распределил себе в помощь по задачам.
Гарри-Грегарр трудился в радость и охотно, ведь на многих уроках в будни он страдал фигнёй, выполняя упражнения и задания, рассчитанные на детей. Тренировки аспекта Ощущений Силы поднадоели. Как говорится, отдых — это отвлечение внимание от рутинности и повседневности.
— Ну, как? — прошептал Рон, сев в своём гамаке так, что свесил ноги с обеих сторон.
Поттер, левитировавший один пучок плодов на свой гамак и навскидку давший ему веса с худосочную Луну, посчитал каждый финик, томя зрителей, в том числе среди дремлющих, одним глазком подсматривающих. Специфичный сладкий вкус медового финика получился крайне сочным, тающим во рту и хорошо утоляющим жажду приятным соком, генерирующимся магией по мере разжёвывания мякоти. Ореховая косточка по вкусу напоминала солоноватый фундук, ведь древесина лещины была сроднена с финиковой пальмой, по мягкости и бугристости сердцевина походила на грецкий орех.
— Съедобны? — в тон полюбопытствовали близнецы, ногой слегка раскачивая свои гамаки и стараясь делать это синхронно.
— Вкусные? — поинтересовалась Гермиона.
Зеленоглазый мальчишка съел ещё один финик, выросший всего примерно в два с половиной дюйма. Орешек он по наитию проглотил целиком и выпучил глаза.
— Гарри, твой загар посветлел, — тревожно обратил внимание Рон.
— Гарри, дать безоар⁈ — тихим восклицанием встревожилась Гермиона, чей гамак висел поблизости от лидера их троицы.
— Ха! Жабро-финиковый орешек лучше безоара, — самодовольно заявил испытатель. — И кожей дышится офигенно! Но… с двух плодов крайне приспичило… — сконфуженно добавил мальчишка и бросился в океан.
— Эй, а как нам потом купаться⁈ — возмутился Нотт со Слизерина.
— Мистер Поттер, вы собрались на дыхательную уринотерапию? — раздался весёлый голос профессора Флитвика, внутренне напряжённого и заранее положившего рядом с собой аптечку, разумеется, расширенную изнутри.
— Уй-й-й… — и уже зашедший по щиколотку мальчишка развернулся и со всех ног припустил к нормальному туалету, вызывая смех без капли сочувствия.
Гермиона спрыгнула в горячий даже в тени песок, сунула ноги в сланцы и, подойдя, деловито сорвала себе финик.
— В самом деле лучше безоара? И как он определил это? — бурча, Гермиона задавалась вопросом.
— Я тоже хочу попробовать, — заявил Рон, нарисовавшись по другую сторону гамака.
Он тоже сорвал один финик и раньше подруги сунул в рот.
— Сочно! — прочавкал Рон.
— Эй, не брызгайся изо рта, — упрекнула Гермиона. — Прожуй, потом говори.