Поэтому Поттеру пришлось проявить смекалку, чтобы прикрепить на потолке увеличенный и укреплённый механизм, прицепить к нему себя вниз головой и отрепетировать плавность движения. Промучившись почти до двенадцати, Гарри-Грегарр при помощи деревянного манекена, смешно обнявшего артефакт, наконец-то оставил в сейфе висеть проклятый ежедневник, две бутылки, одну сливу, одну обычную и одну волшебную веточки дуба.
Сосредоточившись, Поттер задал программу движения своей поворотной каретки и принялся колдовать. Каждый десяток секунд он творил очередной слепок, ускоряющий время. Всего четыре — на каждую пару граней сейфв в центре комнаты. Только завершив всю серию, он спрыгнул на пол и вгляделся в дело магии своей. Вихрь четырёхкратно усилился, по крайней мере, так рассчитывалось и визуально скорость вращения магии была выше одинарного колдовства на яблоко. Сейф оправдал ожидания — положенная внутрь него слива оставалась съедобной, словно игнорируя ускорение времени. Зато магия внутри ветки и бутылки расплылась маревом, постепенно меняющим оттенок и форму, что свидетельствовало об ускоренном ходе времени.
— Тьфу, уснул, гадёныш, — буркнул Поттер, сообразив, что Том в ежедневнике впал в спячку, прекратив любую активность.
Первый слепок отработал и погас, за ним последовательно завершили работу все остальные, постепенно вернув течение времени к норме. При простейшем математическом подсчёте получалось что-то около девяносто двух месяцев, если с каждым заклинанием умножать коэффициент ускорения на два. Более семи с половиной лет.
Достав из сейфа-кристалла и коварно открыв проклятый ежедневник при помощи Гоморфуса из волшебной веточки дуба, что пробудило магию артефакта, Поттер после возвращения клона повторил серию заклинаний, отмотав ещё семь с лишним лет вперёд, конечно, если его прикидки верны. Проклятый ежедневник на сей раз уснул ещё до того, как плохой мальчик Гарри-Грегарр спрыгнул на пол.
Убрав все вспомогательные инструменты и пробники, Поттер наколдовал сбоку от себя Темпус с подробностями до года и после этого превратил «спящий» ежедневник в человека, запоздало смекнув, что следовало оставить внутри сейфа магический хронометр, дабы точно установить, сколько времени прошло.
— Ты⁈ — удивлённо воскликнул юный Реддл, сонно моргая. — О-о… — в шоке уставившись на текущее время.
— Это наказание за тухлые и фальшивые воспоминания, Том. Я хочу твои личные полные воспоминания об изучении заклинаний, с работой над ошибками, с размышлениями, с ощущениями магии — всё от и до, без изменений. Сколько для тебя прошло месяцев с нашей утренней встречи? — спрашивая сердито и взыскательно.
— Так ты сам не знаешь…
— Финита.
Поттер поднял и швырнул ежедневник в кристалл. Ударившись углом и упав на пол, книга раскрылась с надписью на всю страницу — «184». Плохой мальчик капельку похорошел и убрал проклятый артефакт в специальную переноску из драконьей кости и кож. Пора было к друзьям, пообедать и отвлечься от всего, отдавшись танцам.
Шарлотта Фридэнс на сегодняшнем занятии выдала всем танцорам очень свободные одёжки чёрного цвета со светящимися рисунком костей. В честь Хэллоуина разучивали забавный танец скелетов. Почти все дети так в этом костюме и остались, после кружка танцев разбежавшись по замку.
— Гарри, ты к Хагриду? Он сейчас занят подготовкой к праздничному пиру, — спросила и пояснила Гермиона, когда они уже летели к двору Хризантем, оставшись втроём.
— Что будем делать, Гарри? Куда полетим? — следом озадачился Рон, словно отдельно от Гермионы говорил с полувеликаном, катившим тыкву с карету размером.
— Жаль. Тогда прячемся и в Библиотеку, — при живых портретах не став прямо обозначать Запретную секцию.
— Хороший выбор, — улыбчиво одобрила Грейнджер.
— Фу-у, ну нафига, а? Я ещё те стопки газет не перечитал, — заныл Рон.
— Я покажу любопытную загадку.
— Какую?
— Тогда ладно, — смилостивился Уизли.
— Узнаешь, Гермиона, — ответил ей Гарри-Грегарр.