— Засёк-таки… Профи, что тут ещё сказать, — печально выдохнул Поттер, отрываясь от браслета-артефакта. — Хм… Кто предупреждён, тот вооружен. Но как? Чем? — вслух озадачившись.
Методом озвучивания наводящих вопросов Гарри-Грегарр придумал план задабривания, способный вовсе предотвратить встречу попы с ремнём.
Словно этого мало, устроенный на опушке Килдера сеанс с Реддлом дал понять, что артефакт наконец-то соотнёс регулярное применение к нему чар левитации с вероятностью «целования» заклятьем Конфундус. Память юноши наводнило море ложных воспоминаний о том, как он учил Легилименцию и Окклюменцию. Вампус и сам волшебник-юнлинг восприняли это как вызов. Пусть время поисков достоверных и нужных воспоминаний увеличилось, вынуждая за раз искать что-то одно, зато выросла эффективность ментальной тренировки.
— Так-так-так, мистер Пхукет и мистер Поттер, надо полагать. Ну надо же, а! — подивился сердитый Кеттлберн, встретивший парочку с двумя волшебными палочками, на изготовке горящими грозными красными огоньками. — От вас, мистер Пхукет, я такого не ожидал, честное слово. Сколько раз я предлагал вам прогулки по Запретному лесу, а вы всё морду воротили… Ай-яй-яй, как не стыдно, сосунки!
— Мр-р… — заискивающе мурлыкнул кот.
— Подкуп, профессор Кеттлберн, — чуть улыбнулся Поттер, появившись на месте птицы вместе с трясущимся лукотрусом, выставляющей на обозрение светящее нутро колбочкой, привязанной к ней за лапку летучей мышью, капающей на пол вязкой тьмой теней.
— Попытка коррупции отягощает преступление, мистер Поттер, — неподкупно заявил Кеттлберн, быстрым взглядом осмотрев «товар».
— Я применю на вас Обскуро Дуо и создам новый вид магических существ, — разъясняя свои намерения.
— Плюс игра на слабостях… — помрачнев.
— Ладно, без повязки, профессор Кеттлберн, но с вас Непреложный Обет и колдовство заклинания Лингвистика, — интригуя запредельно.
— Ещё и шантаж, мистер Поттер. Вы сами себя топите, — Сильванус держался на волоске.
— Окей, только в рапорте укажите, пожалуйста, что мы не в исхоженный Запретный лес отлучались, а вглубь леса Килдер, — заявил Поттер, палочкой поправил очки и ею же открыл саквояж, намереваясь убрать туда добытое.
— Тц! — гася огоньки на палочках.
— Мря? — темнота не являлась помехой вампусу, но всё же хотелось ясности с тем, будет ли взбучка или нет.
— Пхукет, с тобой я поговорю позже. И только посмей мне теперь отказать в прогулке.
Прижав уши, шестилапый кот с пуму размером, крадучись, добрался до своей лежанки и сладко зевнул, набегавшись за ночь и наевшись всякой добычи, ранее никогда в жизни не пробованной им и потому заинтересовавшей.
— Сделка, мистер Поттер.
— Класс! — воспрял экспериментатор.
Наскоро обговорили типовую формулировку и палочками друг друга засвидетельствовали сотворившуюся магию.
Организовав колдорентгеновский свет и выпив последнюю каплю зелья Феликс Фелицис, Поттер приступил к эксперименту. Каштановой палочкой он превратил летучую мышь в гром-птицу примерно с филина размером. Остролистовой палочкой быстро разрезал череп чарами Диффиндо, остановил кровотечение чарами Эпискеи, уменьшил мозг чарами Редуцио, достал его чарами Локомотор и вернул исходный размер, у птиц невеликий. Умная вода от чар Агуаменти заполнила лакуну в черепе, заклинание Регенерейт Максима начало восстанавливать изъятый орган. Далее превратил мозг гром-птицы в саму гром-птицу со сниджета размером, всё ещё держа первоначальную трансфигурацию каштановой палочкой, отчего профессор Кеттлберн уже на этом шаге впал в экстаз, вцепившись в свои волосы.
— Эта смолка из волшебной ёлки, — прокомментировал Поттер. — Экспримо Гоменис, — вложив в неё чары манекена как в будущий артефакт. — Энтоморфус Максима.
И весь объём светящейся смолы со снитч размером прямо в колбе превратил в скопище муравьев, которых вытряхнул перед маленькой гром-птицей, склевавшей всей до единого.
— Профессор, приготовьтесь вложить в просмоленные мозги заклинание Лингвистика. Пхукет, ты своим поведением нас подставил, потому быстро сюда, ненадолго превращу тебя в феникса, чтобы ты пролил слезинку во спасение лукотруса и тем самым спас свою шкуру от профессорских фантазий.
— Гр-р! — вампусу такая постановка вопроса не понравилась, но он встретился взглядом с Кеттлберном и через несколько секунд сорвался с места, сев рядом с Поттером и начав хвостом выбивать пыль из каменного пола.
— Авифорс Максима. Авифорс Максима. Финита, — превращая кота в птицу, потом лукотруса в соловья и отменяя превращение гром-птицы обратно в мозги, пугающе раздувшиеся и жутковато засветившиеся изнутри.