— Локомотор Максима, — Поттер поделился сметаной со всеми гриффиндорцами, многие из которых подналегли на сытные сырные круассаны, хорошо утолявшие голод после интенсивного катания на льду. В сочетании со сметаной — пальчики оближешь!
За другими столами тоже раздались смешки над теми, кто решил последовать примеру Поттеру и помолиться за еду, но никто не ответил им.
— Ой, фу, бр-р! Вот же ж! — Рон увидел паука, перебравшегося снизу стола наверх, и пристукнул его, но это оказалась чья-то заколдованная записка, не выдержавшая удара и показавшая себя.
Этим громким жестом он приковал к себе большое внимание.
— Балда, — буркнул Гарри-Грегарр, прочтя послание и сунув бумажку в карман.
Краткий текст послания гласил печатными буквами: «После. Там же».
— Кто вообще додумался превращать записку в паука, а? Чем самолётик не угодил, м? — проворчал Рон с проявившимися веснушками.
— Повышенным вниманием, — в тон ответил Гарри-Грегарр, досадуя вместе с отправительницей. — М-да, скора расплата за фокус со сметаной, — смекнув обратить в шутку. — Внимание! Меняю три круассана с хурмой и два с киви на пять с сыром! — громко инициировав бартер, раз уж всё равно в центре внимания.
— Мы согласны, Гарри! Локомотор, — ответили девчонки-сладкоежки с четвёртого курса Хаффлпаффа.
— Локомотор.
Факт подобного обмена да ещё между факультетами подвергся немедленному обсуждению и повторению, что способствовало съеданию почти всего, поданного к чаю без учёта вкусов конкретных едоков. Вроде бы записку удалось замять, но так лишь казалось. Перед выходом из Большого зала оглянувшись на множество лиц, провожавших знаменитость и следовавших за ним, Поттер убежал за статую Архитектора и воспользовался невероятно очевидной идей, только сегодня почерпнутой у профессора Кеттлберна, которого утром срисовала Букля.
— Авифорс Максима, — Поттер превратил себя в сниджета и элементарно сбежал от пристального внимания навязчивых почитателей.
Мальчику пришлось подождать девочку, вздыхая о ещё трёх годах до поры, приличествующей для начала поцелуев и робких ухаживаний. Хотя заклинание Гоморфус позволяло взрослому сознанию подстроить тело на взрослый лад и насладиться тем, что придавало особенный вкус жизни в прошлом воплощении, Гарри-Грегарр отказался подгонять естественное взросление своего нынешнего тела, из-за чего фонтанировал идеями и юмором, часто паясничая, как только что на чаепитии.
— Добрый вечер, мистер Поттер, — церемонно поприветствовала Дафна, юркнувшая за гобелен.
— Добрый вечер, мисс Гринграсс.
— Я составила чары Акромантулфорс. Могу показать в Чёрной башне, — сразу переходя к делу.
— Отлично. Вместе на моём аэроборде? — тоже без лишнего любопытства касательно трудностей переработки общих чар Аранеусфорс, имевшихся в общем доступе на самой верхней полке одного из библиотечных стендов.
— Будьте так любезны.
Поттер создал летающую доску, облёк их обоих в общий акваланг и разбил на нём дезиллюминационные чары.
Зарешеченные казематы Чёрной башни отлично подходили для создания там страшного акромантула из милого пушистика. Арахнид у Дафны получился как натуральный — взрыв Вердимиллиус высветил его волшебную ауру. Не приходилось сомневаться, что Дафна провела много времени для взятия проб яда и паутины.
— Превосходно, мисс Гринграсс. Акромантулы сейчас в зимней спячке, но я успел собрать для вас обещанные ингредиенты, — вынимая оные из браслета на руке.
— Превосходно, мистер Поттер. Я надеюсь, за каникулы производство будет отлажено, — вежливо произнесла Дафна, скупая на улыбки. Она спрятала передачу в своей косметичке.
— Это в ваших интересах. Успехов, мисс Гринграсс, — разрывая физический контакт, отчего плёнка акваланга сползла с Дафны.
— И вам того же, мистер Поттер, — произнесла девочка, оставшаяся одна и некоторое время ничего не предпринимавшая, хладнокровно и привычно глядя в буркала арестованного чудовища с пса размером. С этим ей теперь жить…
Чем удобно быть кумиром? Тебя легче послушаются. Однако вместо Поттера его популярностью воспользовался префект Уизли, который от имени знаменитого Мальчика-который-выжил и по его собственной просьбе нехотя организовал вечерний фейерверк. Сперва в половине седьмого Золотое Трио повторило постановочный кадр, сняв три дубля без помех, а потом кто во что горазд! Яркий праздничный салют в честь Рождественских каникул. Взрывы разноцветных искр завораживали, даря незамысловатое счастье и праздничное настроение.
Профессора присоединились чуть погодя, когда дети выдохлись. Деканы показали мастер-класс, создавая взрывы в виде животных символов факультетов, которые ещё и двигались по звёздному небу! Гарри-Грегарр заранее отправил Патронуса в студию колдорадио, чтобы дали в эфир предупреждение о детском шоу над Хогвартсом, дабы желающие собрались в Хогсмиде и полюбовались от и до. В прошлые годы такого не устраивалось или проходило спонтанно у групп по интересам, а теперь все вместе разукрашивали небосвод над замком, восторгались сами и позволили родителям проливать слёзки ностальгии или горя по не сбывшейся мечте самим учиться в Хогвартсе, всю осень приковывавшего к себе внимание всей страны.