— Ага, клёво должно получиться, — Рона зацепило про комиксы.
— Гарри, эти манекены просто будут повторять текст со своих страниц — это проще сделать чарами озвучивания, — высказалась Гермиона.
— Гермиона, ошибаешься. Модификатор Максима чудесен настолько, насколько мы способны вообразить. Подумай сама, гримуары содержат магию создателя и его понимание материала. Максимально антропоморфные манекены будут вести полноценный диалог и объяснять, перефразируя свой текст или выдавая очевидный для автора подтекст. Причём учить они будут понятным для тебя языком, поскольку именно ты их превратила в своё подобие.
— Хм, понятно. Рон, ты всё понял? — строго переадресовав претензию.
— Угу.
— Рон, у тебя же учебник «Всё о манекенах». Он сам из кожи вон вылезет, чтобы вдолбить в тебя свою науку. Шпаргалка в самом билете, смекаешь? — находя самый доходчивый аргумент.
— Хе-хе! Я справлюсь, — заверил Рон.
— Тогда первым я, за мной Гермиона, потом ты, Рон. И комиксы потом нам раздашь, окей? — ободряюще трепля за плечо.
— Окей.
Разомкнув круг шептунов, Поттер извлёк из саквояжа свой колдофотоаппарат, подбросил его вверх для полёта и обратился к внимательно следящему за ним гильдмастеру, уже успевшему как-то подать сигнал своим помощникам, двое из которых вошли в торгово-библиотечный зал с подобными же колдофотоаппаратами.
— Мы готовы, мистер Биглер. Всё необходимое при нас. Можно доставать волшебные палочки и колдовать эксперимент?
— Приступайте, — дозволил Рамон, слышавший шептания и благополучно удержавший лицо. На самом деле придётся переиздавать книгу, включая в неё новый способ применения модифицированных чар.
Поттер достал свою каштановую палочку и вынул из саквояжа книгу, купленную здесь.
— Экспримо Гоменис Максима, — академически взмахнув и коснувшись фолианта «Искусство бондаря» на правой ладони.
Книга стремительно перетекла в его подобие, причём цветное, но древесная фактура явно просматривалась на лице и одежде, а волосы по-прежнему оставались искусно вырезанными. Признательно кивнув создателю, манекен вынул левую руку из правой руки человека.
— Доброе утро. Желаете приобщиться к искусству создания бочек? — манекен выставил перед всеми свою правую ладонь, на которой появились доски и сложились в бочку, в натуре воспроизводя иллюстрацию.
— Да. Какая древесина лучшая для бочек под соленья?
— Для квашения и соления фруктов и овощей идеально подходит осина. Для засолки рыбы лучше всего подойдёт черешчатый дуб. Для магических продуктов есть таблица соответствия магической древесины. Кадка — форма бочек для солений. Продолжить в деталях? — спросил клон вкрадчивым тоном голоса самого Поттера, показывая на левой руке макет бочки с прямыми стенками.
— Нет, спасибо, — важно ответил Поттер и широко улыбнулся кассиру, которую серьёзно впечатлил эксперимент.
Сгоравшая от нетерпения Гермиона поспешила поднять тяжёлый фолиант на ладони и наколдовать:
— Экспримо Гоменис Максима.
Книга превратилась в деревянную девочку, одетую в юбку, но не гармошкой, а прямую. Тёплые колготки сливались с цветом морёного дуба, из которого получился манекен и который соответствовал материалу массивных книжных полог в этом зале.
— Здравствуйте, леди и джентльмены. Я во всех деталях поведаю вам о создании гримуаров, — заявил манекен, словно он не девочка, а умудрённая жизнью ведьма с мужским поведением. Причём это не выглядело, как будто девочка важничает и строит из себя мальчика.
— Да, Какой материал лучше всего для обложки?
— Универсальным материалом для обложек гримуаров считается кожа. Начать детализированную лекцию? — осведомился манекен-учитель, вздёрнув бровь.
— Нет, спасибо, — сияя довольством и гордостью, Гермиона остановила урок.
Рон порадовал родных и друзей своим успехом:
— Экспримо Гоменис Максима.
Соскочивший с руки манекен что-то эдакое игривое сплясал, напевно говоря:
— Всем привет! О манекенах я поведаю всё, друзья.
— Ха! — Рон смешком перевёл дух. У него получился такой же идеальный древесный дубликат, как у Гарри. — Чем голем отличается от манекена? — задал он каверзный вопрос от Гермионы, на который сам не смог ответить.
— Фактически ничем. О частностях весь я, — смешливо произнёс манекен.
— Охо-хо, Джанфранко Примо-Пепе, соавтор этого переиздания, очень весёлый мужик и определённо обрадуется такому дополнению к своему труду. Браво, ребята, этим экспериментом у вас получилось меня впечатлить, — он обозначил злопки в ладоши, как иногда делал Дамблдор.