Сохраняя спокойствие и отвлечённость внимания, Поттер погладил Патронуса на плече и принялся лепить чары,
— Маджикус Экстремус Эктоматик Максима. Маджикус Экстремус Авис Максима. Оркус Ревелио. Аресто.
Из кончиков двух соединённых палочек вырвалась стая светящихся полупрозрачных зелёных сниджетов. Никого не вспугнув, конструкты склевали всех духов. Поттер позволил себе улыбнуться, глядя на маленьких духов внутри маленьких шариков птичьих тел. Возможно, на просвет он бы сам так выглядел, пока высиживал кайбер-кристалл. Создав в санузле кремационный пузырь из супер-эктоплазмы, направил туда стаю конструктов-птиц, сосредоточился и наколдовал капельку:
— Оркус Люмос Вердимиллиус Специалис Ревеллио Максима.
Приставка Оркус придала колдорентгену свойства проявлять потустороннее.
Вместо того, чтобы наколдовать на себя Маджикус Экстремус Ренервейт Максима для выдыхания Звёздного Огня подобно Симусу, волшебник-юнлинг выудил из своего крематория одну из птичьих клеток с пленным духом и принялся настраивать приём Тутаминис на иссушение конкретно таких вот существ. Естественно, арестованный и пленённый дух обратил внимание на человека и тем самым оказался засечён Патронусом-сниджетом, которым Поттер воспользовался в качестве целеуказателя и справился со своей задачей в считанные минуты. Силуэт гусеницы поблек в потустороннем свете, она сделалась словно бы призрачной. Боясь упустить, Гарри-Грегарр прекратил аккуратное воздействие. Обработав так всех соглядатаев и хорошо научившись осушать их, выделяя специфическую Силу их Жизни, он всё-таки простимулировал себя, как Симуса, только с модификатором Минима. Заряда хватило на небольшой выдох Звёздного Огня, быстро сделавшего своё дело — сжиганием изгнавшего духов.
Он же говорил наставнику о Пивзе, верно?
— Пик, я успею до обхода?
— Да.
Поттер создал ещё одну стаю супер-эктоплазменных птиц-тюремщиц и вышел в коридор. Телекинезом открыл дверь в комнату Рона и прищурился на обнаруженного там соглядатая, напоминающего мотылька. В спальне Симуса «дежурила» двухголовая змейка с пламенеющим хвостом и тоже таракан в санузле. Для запуска чистильщиков к девочкам пришлось сосредотачиваться и отправлять в коридор Буклю, чтобы правильно применить Телекинез. Гермиону пасла летучая мышь и мохнатая гусеница, у сестёр Патил завелись тараканы, причём те же, как у остальных. Пришлось Поттеру на каждую светящуюся птичку наколдовать Нокс и вновь превращаться в сниджета, довольно ловко уклоняющегося от дождя, чтобы провести стайку к окнам спален всех англичан и Телекинезом впустить их для зачистки.
Тараканище у Луны стал последней каплей.
Собрав вторую партию духовных сущностей для кремации, Поттер наложил на комнатку несколько заклинаний и провёл эксперимент:
— Эгоморфус Дуо. Гармония Нектере Пасус.
Боль пронзила его до истошного крика, потонувшего в безмолвии стен. Как ни странно, именно ярость помогла качнутся от страданий к гармонии, а спокойствие Патронуса помогло применить воспроизведённый приём джедаев Центр Бытия и отстраниться от буйства эмоций. Казалось, прошли минуты, а реально пролетели мгновения.
Волшебник-юнлинг хладнокровно взглянул на духов во чревах птичек из супер-эктоплазмы и сам себе удовлетворённо кивнул — разделяемые с Патронусом-снитчем способности дали знать о внимании и помогли сбросить его для отдельных духовных сущностей. Освоившись, Поттер снял чары с комнатушки санузла, создал аэроборд, взлетел и окружил себя супер-эктоплазмой в фут толщиной.
— Маджикус Экстремус Акцио тараканы.
Ничего и никого.
— Маджикус Экстремус Акцио Максима.
И опять провальная попытка притянуть всех духовных тараканов, хотя способности позволили настроиться на пойманные образцы и вложить в чары конкретный образ.
Сохраняя хладнокровие и ясность ума, Поттер легче обычного вошёл в трансовое состояние и потратил несколько минут на подбор жеста для модификации потустороннего захвата удалённо:
— Оркус Карпе Ретрактум.
Чары с третьего курса Хогвартса постепенно покорились, дав себя модифицировать под применение к духовным сущностям. Опустившись на пол, а шар крематория опустошив и подняв к потолку, волшебник-юнлинг окружил себя цилиндром Агуаменти, засветил на кончиках обеих волшебных палочек Люмос Фибра и начал улучшенную тренировку. Отработав формулу и погасив все завитушки, которые умная вода сама отодвигала для освобождения места под следующие пробы, малец взбодрил себя экстремально максимизированными чарами Ренервейт и принялся колдовать Оркус Карпе Ретрактум на птичек, летающих между каменной стенкой и водяной стенкой, чтоб дойти сразу до уровня невербального применения.