— Хм, ещё получится дополнительная подпорка для расширенного пространства. Давай, Гарри, — согласился маленький артефактор, заинтересовавшись идеей. Он опять мельком оглядел окрестности, ведь они находились на окраине Запретного леса, где достаточно много магии для концентрации на серьёзное колдовство.
Сказано — сделано. Поттер поступил хитро, обрабатывая частями при помощи системы зеркал, чтобы видеть, куда и как направлять продуцируемую супер-эктоплазму, а также пользуясь чарами Аресто для фиксации этой мистической субстанции. Так он покрыл все поверхности, а ещё во все углы добавил скругляющие их плинтусы. И только после завершения внутренней отделки Поттер одновременно двумя руками степенно наколдовал:
— Маджикус Экстремус Дуро Максима, — вхолостую, сбросив в последний миг.
— Эм, это тренировочный, Гарри? — уточнил Дедалус, впечатлённый явленными уловками и ожидавший, что мальчик подготовился ко всему заявленному.
— Ага. Я забыл, вернее, вспомнил, ай, в общем, хочу эксперимент, — сконфуженно улыбнувшись.
— Хе-хе, — мужчина напрягся. — В чём суть?
— Кристаллы — это тоже камни. А супер-эктоплазма — это самая податливая субстанция для материальной трансфигурации. Вот я и хочу попробовать вместо камня создать красивый кристалл по типу алмаза. Эм… Аресто Максима! — торопливо запустив с двух рук чары ареста для удлинения времени удержания, а то вот-вот начало бы расползаться.
— Тебе нужен образец волшебного алмаза, Гарри? Я правильно понял?
— Обычные бриллианты, Дедалус. Я их возьму в рот, тогда они однозначно повлияют на произношение вербальной части формулы и тем самым специализируют окаменение в кристаллизацию, — делясь только что пришедшей ему в голову идеей.
— Гм… Хех, одолжу и верну, — сам себя уговорил Дингл. — Я мигом, Гарри, — и аппарировал в один из маггловских ювелирных салонов.
Пока артефактор добывал бриллианты, волшебник-юнлинг взял в правую руку медальон Салазара Слизерина и принялся за опыты, создавав на огромных корнях дуба капельки супер-эктоплазмы и принявшись подвергать их окаменению. К моменту возвращения напарника-подельника он добился прозрачности и повесил артефакт на шею, спрятав под вязанным Молли шарфом и курткой из драконьей кожи.
Мелкие камешки своими острыми гранями довольно болезненно перекатывались за щеками. Капелек супер-эктоплазмы оставалось ещё свыше десятка, и Поттер потратил несколько минут, чтобы суметь совладать с вербальной частью формулы чар и достигнуть желаемого результата. Увы, Дингл один из красивых и удачных образцов своими контрчарами превратил обратно в липкий кусок эктоплазмы, причём, уже самой обычной. Так что производить таким образом чудесные кристаллы не получится, но вполне сойдёт как дешёвое украшение и заменитель якорей для магии среднего уровня, что очень важно для такого набирающего обороты артефактора, как Дедалус Дингл.
Натренировавшись, Поттер успешно осуществил задумку в отношении интерьера экранированной залы, создав мистическую обстановку с кажущимися хаотичными переливами зелёных оттенков супер-эктоплазмы, создающей внутри поистине волшебное освещение.
Из леса вернулись в дом под чарами Фиделиус, чтобы Поттер культурно и ожидаемо вернулся в дом к Уизли через каминную сеть да под взглядом засидевшейся с вязанием Молли чинно протопал в спальню к дрыхнущему Рону. Через два часа конспирологу пришлось вставать, чтобы вместе с Перси смыться на очередной тихоокеанский островок и совершить одну стандартную и одну омолаживающую косметологические операции, на которые в Магическом Мире оказалось достаточно богатых желающих, а предложений по-прежнему всего два.
Во снах Поттер моделировал последствия своего поступка, взвешивая так и эдак до наступления точки невозврата.
Англия перестала являться колониальной империей. Выпускники Хогвартса не разъезжались по заморским владениям Короны, те же Блэки и Поттеры давно перестали поддерживать связи с дальними родственниками. Двадцати с лишним тысячам жителей Магической Англии без надобности по десять целителей в год, и авроров столько не надо, и учёных многовато, а фермерам вполне хватает домашнего обучения. Поэтому факультеты Хогвартса останутся с общей для всех программой. Судя по газетам, многие понимали, что враждебность двух факультетов стала причиной гражданской войны, но всё равно все ополчились против бывшего Избранного и его компании, посмевших поднять руку на незыблемые традиции Хогвартса и позорно сбежавших в босоногую Африку. Консерватизм во всей красе закостенелости.