— Джинни…
— Рон…
Младшим напарникам тоже досталось по сорок фунтов, как и самим близнецам.
— Молодцы, дети! Всё по справедливости. Я горд, что вырастил таких замечательных ребят, — искренне произнёс Артур, одобряя произошедшее на его глазах, хоть и не зная предысторию.
— За Уизли! — торжественно произнесла Молли и подняла свою кружку с морсом.
Перси поддержал мать, гадая, что же дома произошло во время его отсутствия. А заработал он скромный галлеон — это пять фунтов, в восемь раз меньше, чем все младшие родственники.
— За Уизли и Поттера! — воскликнули близнецы.
Их поддержали Рон и Джинни.
— За Поттера и Уизли, — улыбчиво сказал Гарри-Грегарр, естественно, ставя себя на первое место. — Ребят, в той роще я посадил второй трюфель. Там тоже есть схожий урожай.
— Так вот для чего ты купил ту дорогущую банку с грибами! — наконец-то догадался Рон, восторженно глянув на друга, которому тогда позавидовал, а оказалось, что он для всех них старался.
— Ага! Как увидел, так сразу вспомнил, что ты говорил про дубы у «Норы».
— После обеда мы соберём, Гарри, — хором произнесли близнецы, думающие одинаково, ну, почти.
— Я помогу, — вызвалась Джинни, сияя как начищенный галлеон. Её первая серьёзная выручка несказанно обрадовала.
— И я, — поддакнул Рон.
— Отлично, а я тогда спокойно засажу грядки зеленью.
— Я помогу тебе, Гарри, — Перси тоже захотел приобщиться к общему делу.
— Вот это я понимаю — добропорядочная семья, — гордо заявил Артур с увлажнившимся взглядом.
— Ешь, дорогой, а то опоздаешь на работу, — позаботилась жена, скрашивая неловкость.
— Конечно, любимая, вшо ошень вкушно, — хваля и жуя. — Дети! — прожевав и вспомнив о важном. — Не отправляйте на продажу следующий сбор. Я наведу справки и вышлю вам к пяти часам все потребные документы, ситуация сейчас благоволит.
— Хорошо, мистер Уизли, — за всех ответил организатор бизнеса, в отличие от прочих детей, кроме Перси, сообразивший значение фразы «ситуация благоволит». — А можно сразу на сад и огород оформиться? Включая волшебные теплицы — они будут давать превосходные урожаи на кладбище садовых гномов.
— Разумеется, Гарри, разумеется, — Артур состроил хитренькую рожицу.
Обед прошёл на счастливых нотах. Вот так когда-то мечтал кушать Гарри Поттер — в кругу любимой семьи. И пусть Уизли ему не родные, они все его приняли как родного. Это окупало труды, цель которых отнюдь не в обогащении, хотя одно другому не мешает.
Наконец-то аграрий дорвался до огорода! Поттер аккуратно разложил пакетики вдоль полос оголённой земли, потом запустил пальцы и даже понюхал ком земли, из которой торчала извивающаяся половина червя. И какова же разница с той глинистой почвой, что у дороги по другую сторону дома! Кто-то когда-то готовил это место под домашнее хозяйство, но до конца дело не довёл или участок надолго забросили, прежде чем сюда заехали Артур с Молли. Развернуться в полную силу, увы, нельзя.
С долей наслаждения прихлопывая ладошкой землю над углублёнными пальцем зёрнышками, Гарри-Грегарр при помощи Контроля Растений проращивал только корневую систему, у себя и у соседа, сажавшего точно так же ровно, словно по линеечке. Он легко развёл Перси на теоретическую лекцию о заклинании Агуаменти, которое префекту ещё только предстояло изучать по школьной программе шестого курса, и о более мощной его версии Аква Эрукто с седьмого курса. Больше не о самом заклинании шла речь, а наводящими вопросами Поттер выяснил для себя лаконичное и доступное изложение принципов созидательной трансфигурации, что заставило Перси спотыкаться почти на каждом слове, слишком научном для окончившего только первый курс, но лучший ученик из параллели таки находил понятные объяснения, аж охрип — оба с удовольствием сделали перерыв на чай с ватрушками.
Артур Уизли оказался точен как часы — министерская сова принесла объёмистый пакет документов, сразу и на трюфели, и на прочую садово-огородную продукцию своей фермы, наконец-то оформленной как должно в обоих мирах. В интересах самих Уизли держать документы в строгости. Молли создала копии, которые Гарри-Грегарр отправил вместе с четырнадцатью грибами на килограмм и двадцать два грамма, которые Дин сумел к ужину продать за семьсот пятьдесят фунтов и всячески в письме благодарил Гарри Поттера за участие в этом бизнесе, уже принёсшем ему примерно столько, сколько он планировал заработать за весь июль. Задачка долей решалась просто — десятина от прибыли родителям, тридцать пять процентов организатору и столько же сборщикам урожая. Все остались довольны и уже строили планы, на что потратят и сколько соберут трюфелей через четыре дня, когда, по заверениям Поттера, созреет следующая партия дорогой пищи богачей и свиней, что стало поводом для сарказма в адрес Малфоев.