Талена еще некоторое время позволила мужчине держать вино на вытянутых руках, но затем все же взяла бокал. Мило не поднимая головы опустил руки, прижав ладони к бедрам. Женщина поднесла вино к губам, но лишь пригубила его, или если отпила, то лишь самую малость.
— Поставь на место, — потребовала она, протягивая ему бокал. — А потом вернись и встань на колени на прежнее место.
Сама Убара стояла перед кроватью. И наблюдала за тем, как мужчина поставил бокал обратно на столик через зеркало. Когда через мгновение он вернулся и опустился перед ней на колени, женщина, усмехнувшись, сказала:
— Ты — кумир тысяч женщин Ара, но именно моя красота завоевала тебя.
Мило промолчал. А в это время в соседней комнате Лавиния подняла на меня красные от слез глаза.
— Именно перед моей красотой Ты не смог устоять, — заявила Талена. — Именно передо мной Ты стоишь на коленях. И Ты хорошо смотришься там, стоя на коленях передо мной. Это — то место, где надлежит быть мужчинам, на коленях перед женщинами.
Мило по-прежнему стоял, не поднимая головы и не отвечая ей.
— Ты можешь смотреть на меня, — разрешила женщина и, на мгновение замерев, не отрывая от него своих глаз, изящным движением, распахнула белый шелковый халатик, позволив ему стечь на пол к ее ногам.
— Эх! — выдохнул раб.
Улыбнувшись, Талена стремительным и одновременно плавным движением, перетекла на кровать и, подогнув колени, легла на бок у самого краю, с интересом наблюдая за его реакцией.
— Госпожа! — севшим голосом проговорил мужчина.
— Не смей вставать без моего разрешения, раб, — предупредила она.
— Да, Госпожа, — кивнул Мило.
Талена негромко рассмеялась, а мужчина смущенно отвел взгляд.
— Похоже, у тебя мужские потребности? — поинтересовалась она.
— Да! — вынужден был признать Мило.
— Иногда рабынь, уже после того, как в них зажгут рабские огни и после того, как они стали сексуально беспомощными, лишают сексуального облегчения, — сказала Убара. — Ты знаешь об этом?
— Я услышал о такой практике, — ответил он. — Это может быть сделано в качестве жестокого наказания, или чтобы продемонстрировать им власть рабовладельца, или то, что они — рабыни, или же для того чтобы подготовить их к удачному выходу на торги.
— А такое может быть сделано с рабами-мужчинами? — спросила Талена.
— Возможно, — пожал плечами, смотревший в сторону Мило, вызвав тем самым ее веселый смех.
— Смотри на меня, — приказала женщина.
— По крайней мере, иногда, — добавил он, и Убара снова засмеялась.
Это, кстати, действительно имело место быть. Можно еще упомянуть, что обычно такие периоды воздержания сопровождаются откровенным поддразниванием. Хотя, с другой стороны, рабам-мужчинам, по моему мнению, в этих вопросах несколько легче, чем их порабощенным сестрам. Им все же редко отказывают в сексуальном удовлетворении, по крайней мере, не в течение многих длительных периодов. Известно, что мужчины, как и, например, самцы слины, в такой ситуации склонны становиться не только беспокойными и агрессивными, но и опасными. Соответственно, довольно распространено то, что им периодически предоставляют доступ к женщинам, рабыням, понятное дело. А вот от рабынь никаких таких особых проблем не ожидается, а значит нет и никаких предписаний. Наоборот, поскольку их потребности растут с каждым днем воздержания, они становятся одинокими и несчастными, отчаянными настолько, что сами вынуждены подлизываться и вымаливать свое использование. Разумеется, обычно большинство рабынь наслаждается огромным количеством сексуального опыта. Этому в значительной степени способствует то, что они — рабыни, красивые и необыкновенно возбуждающие.
— Вы можешь встать, красивый раб, — довольным голосом сообщила Талена.
— Да, Госпожа, — отозвался мужчина.
— Ты — действительно красивый самец, — промурлыкала лежавшая на боку женщина, окинув его оценивающим взглядом.
— Спасибо, Госпожа, — поклонился он.
Убара перекатилась на спину, оставаясь у края кровати, и с видимым удовольствием потянулась перед ним, демонстрируя свое тело во всей красе и наслаждаясь ощущением мягкости мехов под спиной. Она, нежась, распласталась на кровати и посмотрела в потолок. Сеть Талена обнаружить, конечно, не могла, поскольку, во-первых, она ее не искала, а во-вторых, та была спрятана в структуре потолка, специально сконструированного для ее сокрытия. Ее руки лежали вдоль тела, ладони смотрели вверх, левое колено было чуть приподнято.