-- Не... Раковинки жалко. Они красивые. Вот конфетами я точно скоро бросаться начну!
-- Элья так не любит сладкое?
-- Элья от него уже озверела! -- пылко воскликнула она. -- Но что делать, если у мужчин ни на что больше ума не хватает? Букеты -- дом уже на клумбу похож, а сестра от них жутко чихает; сласти -- впору лавку открывать... Я, между прочим, еще и читать умею!..
-- А ты их сестре отдай.
-- Да она ненавидит сладкое! И мама тоже. Darn! Ну почему... -- Тут она снова посмотрела на Тайриэла. -- Э-э-э... ты, случайно, не любишь конфеты?
Тайриэл к сладкому относился с полным равнодушием, но конфеты все же лучше, чем ничего. Повеселевшая жертва мужской ограниченности принесла ему ледяной воды запить. Тайриэл поблагодарил ее и предложил подумать -- чем менять свои вкусы, не проще ли сменить поклонников... Девушка нашарила в складках юбки платок и, вытирая перемазанные руки, обещала поразмыслить над его советом.
Снова двинувшись в путь, Тайриэл услышал за спиной хруст карамели на зубах. Все-таки обитатели этого города -- что люди, что эльфы -- какие-то сумасшедшие, думал он. Ну где бы в графствах или тем более в Лесах он мог натолкнуться на подобную сценку? Ясно, что приличная девица никогда не покажется на улице с перемазанными в шоколаде лицом и руками! Но, похоже, здесь это не вызывало ни малейшего удивления. Южные эльфы в большинстве своем были существами легкого, чтобы не сказать легкомысленного нрава, неуемной фантазии и необыкновенной свободы мысли. И отражался сей факт не только в многообразии домов и улиц, но и в самом облике жителей. Здешние дамы не знали, что такое тяжелые пышные платья с корсетом, обилие оборок и бантиков, сложные высокие прически... Тонкий лен или шелк пастельных тонов, красиво оттеняющий черные волосы и смуглую кожу; летящий, не стесняющий движений покрой одежды, как женской, так и мужской. Здесь практически не носили золота и серебра, зато в изобилии украшали себя жемчугом, кораллами, яркой цветной тесьмой или лентами и даже различными деревянными поделками. Но чаще всего Тайриэл видел янтарь. Волны щедро выносили на берег хрупкое "морское золото", как называли янтарь в графствах, где он ценился наравне с рубинами, или "слезы солнца", как говорили о нем здесь.
Собственно, за счет экспорта жемчуга и янтаря, да еще ставшего с некоторых пор популярным у эксцентричной знати курительного табака Ксеен-а-Таэр и процветал. Ранее не сталкивавшийся с южными родичами Тайриэл тем не менее знал, чем они по преимуществу зарабатывали на жизнь. Кстати, табак был одной из причин нелюбви, которую соплеменники Тайриэла, отчего-то не выносившие даже запаха, испытывали к южным эльфам. Правда, теперь Тайриэл знал и другую, гораздо более неприятную причину -- несовместимость природы их магии. У обеих ветвей эльфийского народа были общие корни и предки. Но однажды -- летописи сохранили весьма мало сведений об этом событии -- часть отделилась и ушла на юг, к морю, основав собственное государство. За века, прошедшие с того момента, изменилось многое -- нравы, обычаи, даже внешность южных жителей. Более или менее неприкосновенным остался лишь язык. В остальном же эльфы Ксеен-а-Таэр больше напоминали людей, с которыми в основном и общались последние несколько столетий. У людей же научились строить корабли и с ними же развязали первое морское сражение, переросшее в долговременную войну пиратов.
Пиратству южные эльфы также научились у людей. Ни одному эльфу по природе своей не могла придти в голову мысль о том, что можно взять чужое не только из-за того, что нет другого выхода, но и ради обогащения. Торговля между графствами и Ксеен-а-Таэр понемногу начала хиреть, так как даже если купцам удавалось благополучно миновать "своих" морских разбойников, то уж возле эрвского побережья на них накидывались пираты-люди. Кровавые стычки были обычным делом, поскольку между собой любители легкой наживы сцеплялись с не меньшей регулярностью. Без жертв не обходилось никогда -- положение вещей хорошо отражала строчка старой пиратской песни: "Мы берем лишь груз и женщин, остальное все -- на дно!"
После того как торговля практически заглохла -- до цели назначения доходил в лучшем случае каждый второй корабль, -- в одну светлую южноэльфийскую голову пришла мысль договориться с людьми и выступить сообща против всех пиратов разом. В графства по суше было отправлено посольство с соответствующим предложением и полномочиями. Люди, которые уже и сами начинали подумывать о чем-то подобном, восприняли идею о коалиции с радостью.