Снова вспомнился кубок, когда-то виденный в витрине у Кэррингтона. Был ли он просто красивой вещью? Пока его описаний не попадалось, но кто знает.
Зато нашлось описание парных бокалов, которые превращали любое вино в любовный напиток. Вроде бы ничего такого, но что если тот, кого угощали, понятия не имел о свойствах красивых вещиц? Да, эти записи любого могли сделать параноиком. Блестящие вещи легко привлекали внимание. Предметы из стекла могли отвлекать от чего-то важного, вводить в транс. Человек оказывался в полной власти того, кто знал, как все это работает.
Петунья зябко повела плечами и решила досконально изучить жутковатую книгу. Кто предупрежден, тот вооружен. Мало ли, у кого могли оказаться изделия Маркуса. Вот так зайдешь к кому-нибудь в гости, а выйдешь не пойми кем.
Тут девушка замерла. Не чем-нибудь ли подобным обработали Лили? Хотя нет. Маркус Сигрейв подчеркивал, что такое воздействие обнаружить невозможно. В отличие от стандартных закладок. Ого… Этим и тогда занимались. Вроде бы речь шла о подчиненном, который пытался обойти клятву. О, и о неверной жене. Любитель юных красоток, которого вернули к семейному очагу, тоже упоминался. Ничего себе эпоха Возрождения! Может, и неплохо, что некоторые знания оказались утраченными?
Петунья отложила книгу, прошла на кухню и налила себе бокал вина. Нет, обольщаться не стоило. Вряд ли такие возможности не интересовали других. Маги живут долго, артефакты тщательно хранят и собирают. Вполне может и сейчас кто-нибудь читать инструкцию к чему-нибудь подобному. Такие вещи не афишируют. Их прячут, оберегают, как зеницу ока.
Интересно, не этим ли пытался ее напугать директор Хогвартса? Но ведь откуда-то он знал о том, чем занимались Сигрейвы? А откуда? Случайно нашел описание? Упоминание? Или целенаправленно искал эти артефакты? Ведь собрание таких вещиц давало практически неограниченную власть. Тем более что об этом мало кто знал.
Петунья читала о том, что глупо судить людей прошлого по сегодняшним меркам. С точки зрения морали своего времени, Маркус не занимался ничем предосудительным. Он и не афишировал особо свои исследования, оказывая услуги некоторым очень богатым и влиятельным клиентам. Но все равно было жутко. Ведь был еще Амадеус со своим специфическим чувством юмора. Другие Сигрейвы тоже вряд ли отставали. Ведь упоминалась всегда вся семья, а не пара тройка известных персонажей.
Об этом стоило подумать. Эти записи вполне могли стоить жизни. Папа как-то говорил, что многие научные исследования проводились самыми чудовищными, бесчеловечными методами. Но после того, как преступников судили, всегда находился кто-то «чистенький», без зазрения совести присваивавший результаты чужих трудов. Вроде бы речь шла об исследованиях нацистов? Но это не важно. Важно то, что записи Маркуса могли предостеречь о жутких артефактах, хранившихся в фамильных сокровищницах старых семей.
А что еще осталось в банке? Там ведь и артефакты были… Нет, их пока точно трогать не стоило. Мало ли что.
Между тем прибыло письмо из Хогвартса. Лили явно была не прочь поехать с сестрой, но мистер Эванс тоже хотел посмотреть на фонарики, которые сделала для торговцев его старшая дочь. Петунья выдала отцу деньги. На все про все хватило бы и двадцати галлеонов, но она дала тридцать. Мало ли что. Самой ей ехать не хотелось. И дело было не в Лили. Вернее, не только в ней. Письма приходили всем студентам Хогвартса одновременно, на Диагон-Аллее наблюдалось настоящее столпотворение. И хотя именно в это время торговцы имели очень хорошую выручку, после первого сентября все дружно выдыхали. Деньги — дело хорошее, но уставали все здорово.
Книгу Маркуса Сигрейва Петунья оставила у себя. Почему-то ей казалось, что ее домик защищен даже надежнее, чем банк. Все это Марго могла перенести в сейф, чтобы ее наследница училась постепенно. Кто знает, ведь и не спросишь теперь. Прикасаться же к артефактам было пока просто страшно.
Работы хватало и без этого. Пришел еще один довольно большой заказ на флаконы из драконьего стекла. Лорд Блэк заказал бокалы из кобальтового стекла с гербом своего Рода. Стабильно пользовались спросом флаконы для косметики. Петунья сделала несколько экранов для каминов с рисунками на тему осени.