Что интересно, бокалами заинтересовались. Похоже, что до Статута Секретности маги тоже любили развлекаться подобным образом. А бились такие бокалы подозрительно быстро. Наследники старых шутников были не прочь заполучить подобные вещицы в коллекцию. Некоторые даже приносили рисунки. Петунья старалась. Цветное стекло, эмаль, позолота. Еще несколько заказов от Руквуда. Флаконы для Мунго.
В Мунго, как оказалось, перевезли и Дамблдора.
— Тикки говорит, что старик сам подвергся воздействию, — рассказал Шаффик, когда Петунья принесла очередной заказ и забирала свои реактивы, — но воздействие не такое грубое, как на вашу сестру. Однако это очень странно. Тогда получается, что его сводили с ума, чтобы он сводил с ума других. Зачем?
— Преступления всегда лучше совершать чужими руками, — пожал плечами Принц, — другое дело, я не понимаю, что вообще происходило в Хогвартсе. Кто-то покопался в голове у Дамблдора. Тикки говорит, что это воздействие внушало ему веру в собственную непогрешимость. Еще немного и старик вообразил бы себя богом и вершителем судеб. Вершить судьбы он начал с закладок у мисс Эванс и поощрения жестоких выходок некоторых студентов Гриффиндора. Еще оборотня в школу притащил. Это некоторым образом вписывается в его безумие. Но зачем он распространял дикие слухи про Риддла? Рано или поздно до него дошел бы весь этот бред, быстро выявился бы его источник. И что? Вызвал бы старика на дуэль? Подал на него в суд? Как-то мелковато. И слишком замысловато, если таким сложным образом пытались всего лишь дискредитировать директора школы.
— Еще один псих? — заинтересовался Шаффик. — Не многовато ли?
Принц картинно развел руками.
— Мы, скорее всего, не видим полной картины, — сказал он. — Лили Эванс могла пострадать, как сестра мисс Шервуд. Но Северус говорит, что изменения в подруге он заметил почти сразу после поступления в Хогвартс. Надо сказать, что для студентов Гриффиндора характерна некоторая узость взглядов и нетерпимость, когда речь заходит о темной магии. Но не до такой же степени.
— Мисс Эванс могла оказаться подопытным кроликом, — сказал Шаффик, — она магглокровка. А прежде, чем лезть в головы к наследникам и наследницам старых Родов, нужно на ком-то отработать навыки. Тикки еще кое-что нашел. К нему родители мисс Стоун обратились. Она помолвлена с Фрэнком Лонгботтомом. И собралась в аврорат, чтобы бороться с темными магами. Закладочка слабенькая, но есть. По-хорошему, надо бы и жениха проверить, но там его мамаша на дыбы встала. Стоуны уже подумывают о разрыве помолвки.
— А Блэки что говорят? — поинтересовался Принц.
— Ничего, но это же Блэки. Поттеры как всегда посылают всех подальше, якобы это все клевета.
— А как тот мальчик? — спросила Петунья. — Которому Джеймс Поттер голову раздул?
— Как я и думал, — ответил Шаффик, — полная оплата лечения и отступные. И клятва от наследника, что больше к мальчишке не пристанет. Можете мне поверить, мисс Шервуд, и это немало.
— Целитель Шаффик! — ворвалась в кабинет Патриция Кимберли. — Целитель Шаффик! Лорда Поттера привезли! Подозрение на драконью оспу!
— Что? — в ужасе переспросил Шаффик. — Бегом! Мисс Шервуд…
— До свидания, — пробормотала Петунья.
Принц тоже рванул в свою лабораторию, наскоро извинившись и попрощавшись. Петунья отправилась домой. Ей вдруг стало жутко.
Поттер-старший вызывал у нее такое же отвращение, как и его избалованный садист-сыночек. Она вообще не понимала удовольствия от издевательств над кем-то. Ладно, можно было представить, что хочется кому-то отомстить. Всякое в жизни бывает. Но Джеймс Поттер вполне целенаправленно выбирал в жертвы тех, за кого никто не стал бы заступаться. Северуса, когда тот не имел поддержки деда, теперь этого Бертрана Обри. Мальчишка было довольно милым, несмотря на раздутую голову. Маггловские родственники не могли его навещать, так что Петунья пару раз приносила ему фрукты и конфеты. Целители сказали, что мальчик кроме всего прочего пережил сильный шок. Как это скажется на его дальнейшей жизни, не мог сказать никто. А весь из себя благородный лорд Поттер откупился небольшой подачкой. Хоть подумал бы, кретин, что из его собственного сына вырастет? Такой ведь и над родителями издеваться будет, когда те станут старыми и беспомощными.