Петунья с интересом взглянула на него. Он ответил неожиданно веселым взглядом. Похоже, что Том Риддл не простил бывшего учителя. Очень интересно.
— Да-да, — тут же согласился Тикки, — тем более что его сводили с ума именно с помощью шара. Я прямо сейчас и устрою первый сеанс. Вот только…
— Но мы все хотели бы посмотреть, — прекрасно понял нетерпение целителя Лестранж, — чтобы убедиться, что артефакт рабочий. Все-таки это наше коллективное творчество.
— Именно! — поддержал его Руквуд.
— Можно устроиться в кабинете Януса, — предложил Шаффик, — и наложить на всех вас чары отвлечения внимания, чтобы вы не нервировали больного. Мне тоже интересно. А здесь нам могут помешать.
Да уж! Похоже, что на свою компанию добрые целители медицинскую этику не распространяли. Петунья, впрочем, не собиралась отказываться от занимательной демонстрации. Интересно же! К тому же, здесь у большинства, если не у всех, был зуб на Дамблдора.
В кабинете Тикки мебели было немного, но Шаффик быстренько трансфигурировал из подручных средств диван и несколько удобных кресел. Через несколько минут санитары ввели Дамблдора.
В больничной пижаме и сером халате он выглядел обычным стариком. Петунья вдруг подумалось, что без идиотских балахонов жуткой расцветки Дамблдор выглядит намного лучше. И очков у него не было, при этом глаза не выглядели беззащитными, как у большинства плохо видящих людей.
— Шар! — восхитился Дамблдор. — Целитель! Вы его нашли!
Он так рванул к артефакту, что санитары едва успели ухватить его за шиворот. Петунье стало не по себе. Старику было плохо без постоянного контакта с жутким творением Маркуса Сигрейва. Разбитый ею шар стал для него настоящим наркотиком. Конечно, она слышала об этом от Тикки. Но одно дело слышать. Увидеть своими глазами — совсем другое. И было интересно, почему Дамблдор не обратил внимания на то, что этот шар выглядел совершенно по-другому? Чувствовал магию, вложенную в него? Странно…
— Шар! — шептал безумец, протягивая руки к артефакту. — Мой шар!
— Тише, мистер Дамблдор, успокойтесь! Садитесь вот сюда, — уговаривал его Тикки, — сейчас мы с вами поговорим. И все рассмотрим.
Больной на мгновение отвлекся от шара и важно поднял палец.
— Не забывайтесь, целитель! Вы имеете честь разговаривать с величайшим волшебником современности! Я кавалер Ордена Мерлина первой степени! Победитель Темных Лордов и Повелитель Смерти! Создатель Философского камня!
— Да-да, конечно! Прошу меня извинить, о величайший! — по лицу Тикки невозможно было определить, как он в действительности относится к болезни своего пациента. Что значит профессионал! Зрители с трудом сдерживались от хихиканья.
Высказавшись, Дамблдор уселся перед шаром. Тикки достал волшебную палочку и активировал заклинания. Шар тускло засветился. Зрители вытянули шеи. Им было видно не очень хорошо, но можно было разглядеть возникшую в шаре фигурку Дамблдора в попугайском наряде. Вокруг него было еще несколько фигурок гораздо меньшего размера.
— Позвольте спросить, о, величайший! — поинтересовался Тикки. — Что вы сейчас делаете?
Понесся бессвязный рассказ. Мелкие и ничтожные фигурки оказались великими волшебниками прошлого, благодарившие Дамблдора, который щедро раздаривал им свои гениальные идеи.
— Этой несчастной женщине надо было заработать, — снисходительно вещал безумец, — поэтому я отдал ей рецепт зелья от драконьей оспы. Эти четверо подходили для того, чтобы позволить им основать Хогвартс. А бедный Николас так мечтал о Философском камне. Конечно, я его ему подарил. Мне не жалко!
Зрелище было откровенно жалкое. Но и жуткое. Дамблдор приписывал себе все подвиги и открытия. Его глаза буквально светились от возбуждения. Тикки внимательно рассматривал изображения, задавал наводящие вопросы. Все фиксировало зачарованное перо. Руквуд и Риддл переглядывались. Лестранж смотрел на все это, слегка приоткрыв рот. Миссис Снейп держалась за голову. Северус и Петунья были в шоке. Принц и Шаффик внимательно слушали и иногда качали головами. Наконец сеанс закончился. Дамблдор, довольно улыбаясь, ухватил запасную мантию Тикки, висящую на вешалке у двери, и убыл в сопровождении санитаров.
— Ужас какой! — проговорила миссис Снейп.
— А зачем ему мантия? — заинтересовался Лестранж.
— Он думает, что это мантия-невидимка. Один из Даров Смерти, — ответил Тикки, — у него там и какая-то палочка под матрасом спрятана. И камешек имеется. Ну, что я могу сказать. Теперь я могу намного четче рассматривать его галлюцинации. Понимаю, на чем он фиксируется. Потом можно будет попробовать потихоньку корректировать. В любом случае, поздравляю всех нас — артефакт работает.