Так что, вернув домой миссис Эванс, Петунья и миссис Снейп отправились на Диагон-Аллею заключать договоры на поставку. Домовики с довольными мордами утаскивали объемистые тюки, тяжелые корзины, бочонки и мешки.
А на следующий день Петунья отправилась в Хогвартс. О таком щекотливом деле, как обследование одичавшей оранжереи, стоило договориться лично.
Глава 33 и эпилог
Профессор Спраут была рада познакомиться с мисс Шервуд. Она усадила гостью в кресло, угостила чаем.
— Так чем я могу помочь вам, мисс Шервуд? — спросила она после неспешной беседы о погоде и волшебном стекле. — Вам ведь что-то нужно? Слезы феникса для очередного вашего творения? Я угадала?
— Не откажусь, — вздохнула Петунья, — но у меня к вам имеется и личная просьба, как специалисту по гербологии. Видите ли, в поместье Сигрейвов есть оранжерея и большой парк. Так вот, там все одичало: парк стал практически лесом, а в оранжерее растения мутировали. Я взяла эльфа-садовника, так он сказал, что там цветы едят птичек.
Директриса Хогвартса замерла, не донеся чашку с чаем до рта.
— В самом деле? Так и сказал? — переспросила она.
— Да. А я, признаться, ужасно боюсь таких вещей. Но вдруг там получилось что-то полезное? Глупо же просто уничтожить. Однако я в этом ничего не понимаю…
Профессор Спраут замахала на нее руками.
— Ни в коем случае не уничтожайте! Там такое могло получиться! Спасибо, что обратились ко мне. Лично все проверю. Надеюсь, что… мы договоримся? Если что-то можно будет взять для Хогвартса? А я всегда помогу с теми же слезами феникса.
Петунья улыбнулась.
— Это было бы просто чудесно! Я хочу еще попросить мистера Принцем оценить имеющиеся заросли в качестве ингредиентов. Напишите, когда вам будет удобно, и мы все согласуем. Миссис Снейп считает, что и в парке может быть что-то интересное. За столько-то лет…
Профессор Спраут уже вовсю листала ежедневник.
— Эх, я бы прямо сейчас отправилась с вами, — пробормотала она, — но не получается. Послезавтра устроит?
— Я спрошу у мистера Принца, как у него со временем, — сказала Петунья. — Буду вас с нетерпением ждать.
Результат обследования шокировал всех.
— Это просто невероятно! — сказала профессор Спраут, когда после нескольких часов трудов праведных в оранжерее Петунья пригласила ее и Принца пообедать. — Невероятно! Изменилось все, даже самые простые травинки. Боюсь, что некоторые экземпляры отсюда забирать просто опасно. Я хочу сказать, что в другом месте эти чудо-растения не приживутся. Мисс Шервуд, вы же позволите их исследовать? Я проведу несколько экспериментов, вдруг получится пересадить хотя бы часть из них! И возьму почву на анализ.
— Конечно, конечно, профессор! Оранжерея в полном вашем распоряжении, — кивнула Петунья. — Я туда и носа больше не суну, — пробурчала она еле слышно.
Принц смазывал ожоги от какой-то ядовитой лианы и следы самого настоящего укуса.
— Домовика туда тоже не пускайте пока, — вздохнул он, — сожрут. Кое-что я собрал, завтра же займусь исследованиями.
— Что же у меня тогда в парке? — пробормотала Петунья.
— Скорее всего, парк стал почти обычным лесом, — сказала профессор Спраут, — такие случаи известны. Оранжерея же перетянула на себя всю магию от уснувшего источника. Сейчас она будет подпитываться еще лучше, так что стоит обновить защитные чары, чтобы обитатели ваших личных джунглей не выбрались на волю.
Петунья вздохнула. Хотя после явления Робина Гуда в образе кота ее, по идее, уже ничего не должно было шокировать. Но личные джунгли… К тому же хищные. Это было уже слишком. Действительно стоит защиту проверить. А то ляжешь спокойно спать, а тебя за ночь понадкусывают. Если не чего похуже.
Домовики шустро подавали на стол. Очередной потрясающий сервиз, расписанный сценами охоты, изысканное серебро, льняные салфетки в специальных кольцах. Нет, у Эвансов была хорошая посуда, и всеми приборами они умели пользоваться. Но когда абсолютно все, даже самые обыденные вещи вокруг были настоящими произведениями искусства, уже становилось не по себе. Хотелось чего-то простого, возможно даже щербатого, треснутого или одноразового. И бумажных салфеток, причем самых дешевых. Для диссонанса, чтобы не привыкнуть к такой красоте, не счесть, в конце концов, ее обыденной.
— Прекрасный суп! — оценил мистер Принц.
— Скажите, — поинтересовалась Петунья, — а уже было так, чтобы у кого-нибудь оранжерея одичала?
— Про такое, как у вас, я точно не слышала, — ответила профессор Спраут, надламывая хлеб. — Бывали случаи, когда новички от гербологии решали не следовать инструкциям и сажали рядом конфликтующие растения. Обычно все заканчивалось разрытыми грядками и погибшими экземплярами. Но у Сайксов, я помню, две разновидности лиан полностью разнесли всю оранжерею. А самый жуткий случай был у Филипсов, еще в прошлом веке. Им прислали вместо достаточно безобидной водяной лилии какого-то плотоядного монстра. Пока спохватились, он сожрал двух домовиков и книззла. Этим он «нагулял аппетит», а потом напал на одного из гостей. Что за монстр был — до сих пор неизвестно. Растение сожгли, а больше таких необычных экземпляров никто не видел.