— Да, директор Хогвартса сказал, что они были готовы продать душу дьяволу за мастерство, а последняя из Рода провела жуткий ритуал, запечатав дом и мастерскую. Но с чего он это взял?
— Я навел справки, — ответил Принц, — дело в смерти ее ученицы. Неизвестно, кто и зачем убил девочку. Была ли это случайность, или таким способом пытались заставить мастерицу взять другого ученика? Или еще что-то? Мы уже никогда не узнаем. Но у Маргарет Сигрейв был очень крутой нрав. Вот и думают, что она отомстила таким образом.
— А вы знали ее? — спросила Петунья.
— Нет. Ее мало кто видел последние двести лет. Не знаю, что там случилось, но она перестала общаться с другими волшебниками, а все дела вела через посредников. И заказов почти не брала. Странная история.
— Двести лет? — переспросила Петунья.
— Волшебники живут долго, — ответил Принц, — а сильные маги очень долго. Двести лет не предел.
— Но если кто-то охотился за ее книгами и секретами, — сказала Петунья, — то он может напасть и на меня.
— Вряд ли, — покачал головой Принц, — прямая атака не удалась. Вас, я думаю, будут обрабатывать, да уже обрабатывают. Мистер Риддл далеко не прост, как и Дамблдор. Зачем принуждать достаточно наивную девушку, если можно ее склонить к добровольному сотрудничеству?
— Сама все отдам и покажу?
— Что-то вроде того. Другое дело, что работать со всем этим можете только вы. И если одни волшебники будут всячески способствовать вашему развитию в надежде на будущие шедевры, хотя и потребуют за свою помощь и покровительство немало, то другие захотят вас полностью контролировать. И это гораздо опаснее. Сильных магов боятся. Навязанные правила быстро станут обузой для вашего Дара. А если Дар входит в противоречие с данными клятвами, то волшебник просто выгорает. Для мага это хуже смерти.
— Я этого не хочу, — нахмурилась Петунья, — я знаю, что сейчас очень многое запрещено. И что при создании многих артефактов применяют темные ритуалы. Допустим, что меня будет кто-то контролировать. Кто-то, кто боится всего темного. Он заставит меня поклясться ограничиться только самым простым? Но это же… я чувствую, что должна идти дальше.
— И вам придется идти дальше, — кивнул Принц, — это я вам как Мастер говорю. Мы с Майклом можем предложить вам некоторую помощь. Хотя бы на первых порах. И надо продумать, что решить с вашей легендой. Есть один вариант, то тут имеется очень скользкий момент. И слабое звено — это ваши родители.
— Родители? — насторожилась Петунья.
— Письмо из Хогвартса не приходит не только сквибам и очень слабым магам, но и тем, на кого заключен контракт. Кто выкуплен по всем правилам у родной крови. Можно представить все так, что Маргарет Сигрейв имела запасной вариант в вашем лице. И выкупила вас еще в раннем детстве. Родители, кстати, могли об этом и забыть. Есть много заклинаний забвения. Поэтому никакого письма и не было. А когда погибла первая ученица, то все было передано вам. Тут тоже не самый безобидный ритуал, но он более распространен, и при этом донор умирает своей смертью. Момент смерти отследить невозможно. Так что вас вполне могли учить. След от стирания памяти вашим родителям Майкл организует, я с ним договорюсь. Он всего не знает, не волнуйтесь. Просто переживает за вас и свою коллекцию флакончиков. На вас все равно будет охота, но хоть в краже магии не обвинят.
— А что такое кража магии? — спросила Петунья.
— Страшилка чистокровных магов. Магглорожденные не рождаются с Даром, а крадут магию у других волшебников. То, что вашим мнением перед ритуалом никто не интересовался, их не остановит. А так вы будете сильной ведьмой, которую не увидели чары Хогвартса. Только и всего.
— Можно попробовать, — подумав, проговорила Петунья, — только, пожалуйста, не надо обижать моих маму и папу. Ой… еще и Лили…
— Переживет ваша Лили, — ответил Принц, — она уже должна знать про клятвы и обеты.
— Тогда хорошо, — выдохнула Петунья.
План был согласован во всех подробностях. И начал воплощаться в жизнь.
Петунье ужасно не хотелось врать родителям. И ей не нравилось, что на них будут воздействовать магией. Но выхода она тоже не видела.
Принц и Шаффик представлялись свидетелями. Сама же девушка готовила дары родителям. Сделала красивую вазочку из молочного стекла, украшенную изображением старинного замка. Купила для отца новые часы. Закупила все необходимое для угощения. И обменяла в Гринготсе тысячу галлеонов на фунты.