Оливия подумала, что вряд ли можно найти более приятное, скрытое от посторонних глаз место для отдыха и развлечений. Кроме того, царившая здесь домашняя атмосфера располагала к работе. Аделайн ничуть не преувеличивала, говоря об этом.
Однако когда Аделайн вышла из душа и, направляясь во вторую спальню, зашла в гостиную, Оливия поняла, что только здравый смысл может удержать Харви от неверного шага.
На Аделайн был белый пушистый купальный халат, который не оставлял никаких сомнений в том, что под ним ничего не надето. Капельки воды блестели в ложбинке между ключицами. От Аделайн исходил мускусный запах дорогих духов. Шелковистые белокурые волосы она подняла вверх и закрепила изящной заколкой. Другими словами, вид у помощницы Харви был самый домашний.
Аделайн провела в ванной комнате довольно много времени и наложила превосходный макияж. Она была едва одета, но потрясающе накрашена. И к тому же излучала огромную жизненную энергию. Глядя на нее, Оливия вдруг поняла, как утомил ее многочасовой перелет.
— Ванная свободна, можете ее занимать, — сообщила Аделайн, снисходительно улыбаясь. — Сожалею, что задержала вас, но мне очень важно произвести сегодня хорошее впечатление. Ради Харви. Вам, конечно, не надо объяснять, что его партнеры прежде всего обратят внимание на то, какой у мистера Купера личный помощник.
— Не сомневаюсь, что Харви будет гордиться вами, — холодно ответила Оливия.
— Но они не оставят без внимания и его жену, — продолжила Аделайн, искоса поглядывая на пуловер Оливии, которая так и не успела переодеться. — Я могла бы дать вам несколько советов, что на Востоке считается хорошим тоном, а что нет, поскольку Харви собирается кое-кого пригласить сюда на днях.
Оливии с трудом справилась с возмущением. Как смеет эта женщина критиковать меня?! Да еще и заявлять, будто ей лучше известно, что требуется Харви! — подумала она, и в ее глазах блеснули гневные огоньки.
— Вы занимайтесь своими делами, Аделайн, а я займусь своими, — ледяным тоном отчеканила Оливия, давая понять, что разговор окончен.
В ответ — понимающая улыбочка. Стервозная, поганенькая улыбочка.
— Я всего лишь стараюсь вам помочь. Ведь дела Харви, безусловно, и ваши дела.
Оливия стиснула зубы, чтобы не дать вырваться душившему ее гневу. По какому праву эта женщина фамильярничает?!
— Я совершенно уверена, что Харви в состоянии справиться со своими делами без моей, и даже без вашей помощи, — не без ехидства отозвалась Оливия. — Думаю, так будет и на этот раз.
— Всегда лучше подстраховаться, — последовал вкрадчивый ответ. — Даже тот, кто обязан всем самому себе, время от времени нуждается в поддержке.
— И вы специализируетесь на предоставлении такого рода поддержки, не так ли?
Интересно, что эта особа вкладывает в слово «поддержка»? — негодовала Оливия. Поддержка мужского самолюбия, эгоизма и всех остальных отрицательных черт?
— Надеюсь, что да. За это мне платят. Моя задача — заботиться о мелочах, устранять препятствия, сглаживать противоречия, словом, делать так, чтобы все шло без сучка без задоринки.
— Другими словами, смазать машину, — резюмировала Оливия елейным тоном.
Аделайн самодовольно кивнула.
— Можно сказать и так.
— А есть ли лимит на услуги, которые вы оказываете? — Разговор уже начал действовать Оливии на нервы, но каким бы неприятным ой ни был, она вынуждена продолжать его, чтобы выяснить все до конца, пусть даже ей предстоит узнать самое худшее.
В глазах Аделайн появился озорной блеск.
— Это зависит от моего работодателя. Должна сказать, что Харви довольно тактичен и внимателен. И великодушен.
Оливии с трудом удавалось подавлять клокочущую в ней ярость. Конечно, ей сразу же вспомнился ланч в день рождения Аделайн, и это воспоминание было для нее подобно удару кнута. Но все же она попыталась в свою очередь изобразить снисходительную улыбку.
— Да, таков уж его характер. Не следует воспринимать это как что-то личное.
— Возможно. В любом случае мне нравится работать с Харви, — ответила Аделайн, ее глаза предательски блеснули — она поставила соперницу в невыгодное положение и была этим очень довольна.