— О юноша, ты человек или джинн?
— Я сын царя Персии, а вовсе не джинн, — ответил Хасан.— И если бы не твоя дочь, я убил бы тебя! Как ты осмелился назвать меня джинном?
— Если ты не джинн,— сказал царь,— то как ты вошёл во дворец? Вот я кликну моих рабов и слуг, и они тотчас же убьют тебя.
— О царь,— ответил царевич,— я удивляюсь твоей глупости. Если твои рабы и слуги убьют меня, люди узнают об этом, будут говорить, что ты убил царского сына, твоего гостя, и ты опозоришь сам себя. Лучше слушай, что я скажу тебе, давай сразимся с тобой один на один, а ещё лучше будет, если ты выведешь ко мне свои войска и вооружённых слуг и скажешь им: «Вот этот человек пришёл ко мне и хочет жениться на моей дочери». А потом дай мне сразиться с ними, и если они меня убьют, то тебе не будет позора, а если я их одолею, ты отдашь мне в жёны дочь твою Зумурруд и для тебя будет честью иметь такого зятя.
Царь удивился, услышав эти слова, и сказал:
— А знаешь ли ты, что у меня сорок тысяч всадников, кроме рабов и приближённых?
— Приведи их на площадь, — ответил царевич, — и ты увидишь, что будет.
— Хорошо,— сказал царь,— я так и сделаю.
А утром царь собрал на площади всех своих воинов в полном вооружении и велел им садиться на коней. Он приказал привести царевичу самого лучшего коня в прекрасной сбруе, но Хасан сказал:
— Я не сяду на твоего коня.
Тогда царь крикнул своим войскам:
— Воины! Этот юноша хочет жениться на моей дочери и заявляет, что одолел бы вас, даже если бы вас - было сто тысяч. Поднимите его на острия копий и мечей: он взялся за непосильное дело!
Но Хасан сказал:
— О царь, где твоя справедливость? Как я буду с ними сражаться, когда я пеший, а они конные?
— Я давал тебе моего лучшего коня, а ты отказался,— сказал царь.— Вот тебе кони, выбирай, какого хочешь.
— Мне не нравятся эти кони,— сказал Хасан.— Я сяду на того, который привёз меня сюда.
— А где же твой конь? — спросил царь.
— Он на крыше твоего дворца, — ответил царевич.
— Горе тебе! Ты сошёл с ума! — закричал царь.— Как может быть конь на крыше? Я сейчас докажу тебе, что ты солгал.
И царь велел двум своим приближённым пойти на крышу и посмотреть, есть ли там конь.
А люди вокруг удивлялись и говорили друг другу:
— Как это конь мог попасть на крышу? Мы никогда не слышали ничего подобного.
Приближённые поднялись на крышу и увидели, что там стоит конь, прекраснее которого нет на свете. Он был сделан из чёрного дерева и слоновой кости.
Они стали смеяться и говорить один другому:
— И на этом коне он будет сражаться с войсками царя? Это, наверно, сумасшедший.
Они подняли коня и принесли его к царю, и все удивились его красоте, прекрасному седлу и уздечке.
А царь спросил Хасана:
— О юноша, вот это и есть твой конь?
— Да,— ответил Хасан.
— Возьми же своего коня и садись на него,— сказал, усмехаясь, царь.
Но Хасан ответил:
— Я сяду на него только тогда, когда твои воины от него удалятся.
И царь велел воинам отойти от коня на полёт стрелы. Тогда Хасан сел на коня, а воины выстроились напротив Хасана и говорили друг другу:
— Когда он будет между рядами, мы возьмём его на острия копий и мечей.
Хасан повернул винт подъёма, и вдруг конь заволновался, забился и стал делать все движения, какие делают кони. Внутренность его наполнилась воздухом, он поднялся и полетел.
Царь увидел, что конь поднимается, и закричал своим воинам:
— Горе вам, хватайте его, пока он не улетел!
Но его приближённые и визири сказали ему:
— Кто может настигнуть летящую птицу? О царь, наверное, это великий колдун. Радуйся, что ты избавился от него.
Хасан взлетел к облакам, повернул коня и направил его ко дворцу царевны. А царевна Зумурруд в это время вышла на крышу дворца, чтобы посмотреть, что случится с Хасаном. Вокруг неё стояли невольницы и няньки. Увидев её, Хасан повернул винт спуска, конь замедлил ход и стал спускаться. Няньки и невольницы испугались и с криками бросились бежать. А царевич опустился на крышу и сказал:
— О Зумурруд, вот я обманул твоего отца и его воинов. Хочешь, поедем со мной в мою страну и моё царство?
— Да, — сказала Зуммуруд,— я поеду с тобой всюду, куда ты захочешь.
— Тогда поспеши сесть со мной на моего коня, пока не прибежали сюда слуги и стража,— сказал Хасан.
Он посадил царевну на коня позади себя и крепко привязал её верёвками, а затем повернул винт подъёма, и они взвились на воздух и полетели. Они летели до тех пор, пока не достигли столицы персидского царя. Тогда Хасан опустился в одном из садов, отвёл Зумурруд в беседку, а деревянного коня поставил у дверей и велел девушке стеречь его. А сам пошёл к отцу и застал его в горе и печали из-за разлуки с сыном.