Пришел неволе их конец.
О Лелии я, как отец,
Своей заботился сторицей:
В любви его соперник, Флор,
Имеет родственников сильных,
Я бедствий ожидал обильных,
Был мыслим всяческий позор,
Когда б вернулись к состязанью,
Гонимы ревностью своей;
Чтоб повод прекратить верней,
Им это дал я наказанье.
Изгнать Юстину я хотел,
Искал, не находил предлога.
Теперь могу карать я строго,
Придумав наказанье ей.
В ней добродетели притворны,
И смело я могу теперь
Ее изгнать, могу, поверь,
И к казни присудить позорной.
Так пусть же узники тогда
На волю выйдут без укора,
И Лелия ко мне и Флора
Ты приведи скорей сюда.
Фабий
Благодаря тысячекратно,
Я падаю к твоим ногам.
(Уходит.)
СЦЕНА 18-я
Правитель. Солдаты.
Правитель
Юстина отдана властям,
Судьба свершилась безвозвратно.
Чего же в бешенстве я жду?
Пусть встретит яростное мщенье
За всю печаль и огорченья,
Что чрез нее я знал в бреду.
Пусть будет предана мгновенно
Рукам кровавым палача.
(К Солдату.)
Ее позоря и влача,
Веди сюда. И непременно
Чтоб, разъяренна и слепа,
Толпа над нею издевалась.
Раз во дворец ко мне попалась,
Ее окончилась тропа.
(Солдат уходит с другими.)
СЦЕНА 19-я
Фобий, Лелий, Флор. - Те же.
Фабий
За теми посылал двоими,
Они пришли к ногам твоим.
Лелий
Желаньем полон я одним,
Не задаваясь другими:
Хочу твоим лишь сыном быть,
Хочу сейчас я быть с тобою
Лишь как с отцом, а не с судьею,
О страхах вовсе позабыть.
Но коль отец мой недоволен
Я в трепете - как верный сын.
Флор
Меня позвал ты, господин,
Я заключить отсюда волен,
Что хочешь наказать меня;
Не заслужил я наказанья,
Но весь исполнен послушанья.
Правитель
Флор, Лелий, страхи прогоня,
Услышьте: если бы тогда я
Оставил на свободе вас,
Отцом я был бы в этот час,
А не судьей, вас не карая.
Но в благородных злобы нет,
И ежели ушла причина
Вражды, пусть будет в вас едино
Хотенье - это мой совет.
Немедля будьте же друзьями,
Друг другу руки дав.
Лелий
Без слов
Я Флору другом быть готов.
Флор
Что дружба будет править нами,
Я обещаюсь, вот рука.
Правитель
Я верю. Вы теперь свободны,
Когда предлог исчез негодный,
И дружба тут недалека.
СЦЕНА 20-я
Дьявол, Толпа. - Те же.
Дьявол (за сценой)
Безумный, глянь! Смотри, безумный!
Правитель
Что там такое?
Лелий
Я узнал.
(Идет к двери и тотчас же возвращается.)
Правитель
В дворце такая суматоха!
Что вызвало ее сейчас?
Флор
Причина важная, должно быть.
Лелий
Весь этот шум, узнай, владыка,
(Столь редкостное приключенье!)
Там вызвал Киприан. Сюда
В Антиохию он вернулся,
Чрез столько дней, совсем безумный.
Флор
Он впал в такое состоянье
Через утонченность ума,
Не может быть сомненья в этом.
Толпа (за сценой)
Безумный, глянь! Смотри, безумный!
СЦЕНА 21-я
Киприан, полуобнаженный. Толпа. - Те же.
Киприан
Я не был никогда разумней,
Но знаю, вы безумны все.
Правитель
Что, Киприан, с тобой случилось?
Киприан
Антиохии повелитель,
Чей господин есть цезарь Деций,
Вы, Флор и Лелий, для кого
Всегда столь верным был я другом,
Знать благородная, великий
Народ, услышьте, что скажу вам:
Сюда пришел я во дворец,
Чтоб все меня вы услыхали.
Я Киприан. Я силой знанья
И гения был в школах чудом,
В науках был я торжеством.
Что я из всех извлек - сомненье,
И, смутным разумом стараюсь,
Я из сомнения не вышел.
Юстину увидал и ей
Свои сполна я предал чувства,
Оставив мудрую Минерву
Для преданной любви Венеры.
Ее отвергнут чистотой,
Все ж сохранил свои я чувства,
И, в крайность уходя чрез крайность,
Ведом любовью, увидал я,
Как некий гость ко мне пришел,
На землю выброшенный морем;
Мою любовь пленив надеждой,
Он знаньями пленил мой разум,
И по причине той ему
Я за Юстину отдал душу.
Средь гор лесистых обитая,
Я стал учеником послушным,
И, те ученые труды
Пройдя, того достичь сумел я,
Что подвигать могу я горы,
Сместив с основы на основу.
Хоть эти чудеса могу
Я совершать без затруднений
И в силах выполнить сегодня,
Не в силах голосом желанья
Одну привлечь я красоту.
Причина моего бессилья
Тем чудом овладеть красивым,
В том, что есть Бог, ее хранящий,
И ныне я, его познав,
Безмерным Богом возглашаю
И исповедую верховным.
Кто он, я громко возвещаю,
Господь великий христиан.
Пусть я сейчас невольник ада,
Затем что записать дал на душу,
Но я стереть ее надеюсь
Чрез мученический конец.
Коль ты судья, коль христиан ты
Преследуешь кроваво-яро,
Знай, я христианин, мне старец
Почтенный между диких гор
Дал то достоинство, в котором
У них есть первое из таинств.
Чего ж ты медлишь? Эй, скорее,
Пускай придет ко мне палач
И голову мою отрубит,
Иль испытает в страшных пытках,
Сколь буду твердым я в горниле.
Две тысячи смертей готов
Перенести спокойно-смело,
Узнав, что только Бог великий,
Которого я обожаю,
Есть Бог, все славы без него
Лишь прах и дым, зола и ветер.
(Падает ничком наземь, как бы в обмороке.)
Правитель
Столь, Киприан, меня смутил ты
Своим безмерным дерзновеньем,
Что кары для тебя ищу,
И никакой решить не в силах.
(Топчет его.)
Встань!
Флор
Обмороком схвачен сильным,
Он ледяное изваянье.
СЦЕНА 22-я
Солдаты. Юстина. - Те же.
Солдат
Юстина, повелитель здесь.
Правитель (в сторону)
(Лицо ее да не увижу.)
Пускай она с живым тем трупом
Здесь остается.
(В сторону, к присутствующим.)
Тут оставшись
Вдвоем, быть может, что они
Свое решенье переменят,
Один другого видя в смерти;
Когда ж моим богам упорно
Моления не принесут,
Умрут в тысячекратных пытках.
Лелий (в сторону)
Меж изумленьем и любовью
Я тень.
Флор (в сторону)
Столь чувствую я много,
Что чувств своих не вижу сам.
(Все уходят, кроме Юстины.)
СЦЕНА 23-я
Юстина; Киприан, без чувств,
распростертый на полу.
Юстина
Все удаляетесь вы молча?
Когда я радовалась смерти,
Вы умереть мне не даете,
Затем что смерти я хочу.
(Замечает Киприана.)
Но в том моя, конечно, кара,
Что, в этой комнате замкнута,
Я медленную смерть узнаю
В сопровожденьи мертвеца.
Лишь труп сейчас со мнпю вместе.
О ты, идущий в средоточье,
Откуда ты исшел, - счастливый,
Коль вера привела тебя
Теперь в такое состоянье.
Киприан (приходя в себя)