«Вот считаешь себя неглупым человеком, книжек много умных прочел, но стоит какой-то девице цепко взяться за твой кукан, и с тебя как с банального самца унюхавшего течную суку мигом сползают все эти фиговые листки тысяч и тысяч лет эволюции» заумно поварчивал про себя Володя нахмурившись и широко вышагивая в сторону учебного корпуса.
Да, конечно, он был очень зол. На себя, потому что не мог поверить, что его могла так зацепить эта чокнутая студентка со своим фаллоимитатором. И на нее, потому что бросила свои эксперименты так же внезапно, как и начала. А он ждал. Он обождался, черт бы все побрал!
У знакомой аудитории кучкой стояли его выученики из Машиной группы. Открыв аудиторию и пропустив пеструю и шумную толпу студентов, Владимир направился к преподавательскому столу. Немало удивившись он заметил, что Капылова села на свое старое место на первой парте по правую руку от него. «Чертова дивица! Ну и что это призвано означать?» с досадой подумал молодой человек все больше раздражаясь на то, что совершенно не понимал, что движет этой ненормальной.
- Ну что ж, поздравляю всех с успешной сдачей сессии. – собрался парень видя, что все уже расселись.
- Ну может и не всех, но подавляющее большинство спешу поздравить. - сказал он оценив понурые физиономии пары студентов, которых видел практически впервые. - На прошлой неделе на лекции вам был выдан список докладов на это полугодие. Уже распределили кто что берет? Сущевский?
Широкоплечий, небритый бугай по совместительству являвшийся старостой группы протянул ему списки и сел на свое место аккурат за Капыловой. Глаза преподавателя автоматически начали сканировать список: «Понятие «пола» в работах В.В. Розанова» - М. Капылова. Она издевается? Еще бы Фрейда выбрала. Может рассказала бы из каких глубин поднялось все то дерьмо, которое бурлило в нем.
Владимир уточнил список докладов на ближайшие семинары и начал разговор с группой на новую тему. Задавая немудреные вопросы и слушая вяленькие ответы студентов, молодой человек не имел никакой возможности полностью отвлечься от волновавшей его сегодня проблемы. «Может это у нее новая игра такая? Эмоциональная провокация?! Что бы я сам к ней приполз на карачиках за продолжением. Уууу, бесит! Как всегда с этими женщинами – ни черта ни понятно, одна нервотрепка!»
Собравшись с духом он снова глянул в ее сторону. Маша сидела задумчивая, пытаясь придержать рукой лезущие в лицо светлые пряди и чертила что-то в своих конспектах. В беседе по предмету не участвовала и вообще мысли ее казалось блуждали далеко от этой аудитории. Что-то было не так. Может он и велся на ее уловки как школьник, но внутренний голос подсказывал ему, что дело не в дешевых женских манипуляциях.
«Может она с парнем рассталась со своим? Это бы все объяснило...» внезапно подумал Владимир и даже как-то расслабился от этой прямо-таки живительной мысли, уже пободрее продолжив семинар.
26
- Копылова, задержитесь, пожалуйста. Нам надо закрыть пару вопросов по курсовой. – не глядя в ее сторону выпалил Владимир после окончания занятия.
Тут же его облепили претенденты на пересдачу и минут 10 мусослили из раза в раз робкие просьбы об «автоматах» перемежая клятвенными обещаниями верой и правдой посещать впредь лекции и семинары по его предмету. Когда ему удалось от них отделаться, они с Машей, наконец, остались в аудитории вдвоем. Он сел за парту через проход от девушки и попытался поймать ее взгляд. Было это сложновато, потому что Маша была явно смущена и ничего важнее нажимания на кнопку ручки, казалось, в ее жизни не было. Щелк - и стержень выглянул из нее, щелк - и спрятался обратно. Владимир тяжело вздохнул почувствовав, что начинает возбуждаться от этого невинного действия. «Может работу поменять?» с тоской подумал он, «если у меня будет «вставать» на ручки, то...»
- Разве мы не все вопросы по курсовой закрыли в последний раз? – прервала его мысленное самобичевание Маша. Девушка совершенно не понимала как себя вести, особенно здесь, в стенах университета. Она на мгновение встретилась с ним глазами, отвернулась и с недоумением вновь на него посмотрела.
Мужчина развернулся в ее сторону и она в холодном, но ярком зимнем солнце лившемся через огромное окно за ее спиной, могла во всех подробностях разглядеть и его рубашку в серую тонкую клетку и зеленоватый твидовый пиджак истинного гуманитария, а еще непослушную прядку темных прямых волос опять выбившуюся на лоб и всегда волшебным образом превращающую официального Владимира Юрьевича в «ее» Володю. Когда она, наконец, решилась встретиться с мужчиной глазами, то совсем растерялась. В них уже не было прежней мучительной дистанции, невидимой стены, о которую звонко постукивали горошины ее актерских экзерсисов в их прошлые встречи наедине. Наоборот, он смотрел на нее с неподдельным интересом, как на головоломку, которую поставил себе целью разгадать («или томик Ницше», как неприминула крякнуть ей в ухо тоже слегка смущенная от такого внимания «плохая девочка»). Но главное, она видела в его глазах тоже желание, которое так феерично сумела разжечь неделю назад. Правда не понятно с чего вдруг он так смотрит на нее сейчас? По 10 бальной шкале она себе сегодня и шестерки бы не дала, так как утром больше психовала, чем думала, как она выглядит. Может ей показалось?