– Кажется, мы не знакомы, – говорю я. – Я Сьерра.
– А, так это базар твоих родителей? – Она протягивает руку с наманикюренными пальчиками, и я пожимаю ее. – А я Алисса. Зашла пообедать с Эндрю.
Перевожу взгляд на Эндрю. Его лицо заливается всеми оттенками красного. Он пожимает плечами.
– Мы не… ну, то есть…
У девушки вытягивается лицо. Она хватается за сердце и смотрит на Эндрю.
– А вы двое…?
– Нет! – мгновенно отвечаю я.
Не совсем понятно, чего добивается Эндрю. Хочет, чтобы я думала, что у них все несерьезно? А мне, можно подумать, есть дело! Надеюсь, у них все сложится. Может, хоть Алисса поможет ему забыть о чувствах ко мне.
Поворачиваюсь к Хизер.
– Сегодня еще увидимся?
– Мы с Девоном можем заехать за тобой после закрытия, – отвечает она. – Сходим куда-нибудь, попробуем завести новых знакомых… или знакомого. Тебе ведь больше одного не надо, так?
Мало того, что Хизер на меня давит, она даже не пытается это скрывать!
– Целый месяц, Сьерра, – говорит она и поднимает бровь. – За месяц что угодно может произойти.
– Только не сегодня, – отвечаю я. – Скоро, но не сегодня.
Однако в последующие дни я не переставая думаю о Калебе.
Глава седьмая
В будни Хизер почти каждый день заходит ко мне после школы. Иногда становится за прилавок и помогает, если приходят посетители с маленькими детьми. Я отпускаю товар мамам и папам, а она развлекает малышей.
– Вчера спросила Девона, что он хочет в подарок на Рождество, – рассказывает Хизер, стоя у стола с напитками и аккуратно, по одному, накладывая маршмеллоу в горячий шоколад.
– И что он сказал?
– Погоди, я считаю. – Положив восемнадцатую зефирку, она делает глоток. – Пожал плечами. Больше из него вытянуть не удалось. Вот я и решила: все к лучшему. Что, если бы он захотел что-нибудь дорогое? А потом спросил бы меня, и мне бы тоже пришлось выбирать дорогой подарок.
– А это проблема, потому что…
– Нельзя же покупать друг другу дорогие вещи прямо перед тем, как я с ним порву!
– Можете сделать подарки своими руками, – предлагаю я. – Или подарить что-то недорогое и чисто символическое.
– Подарок, сделанный с любовью своими руками? Это же еще хуже! – Она подходит к опрысканной ели и осторожно трогает искусственный снег. – Как порвать с человеком, который сам вырезал для тебя фигурку из дерева или что-то вроде того?
– Все становится слишком запутанным, – заявляю я, достаю из-под прилавка картонную коробку с омелой, расфасованной по пакетикам, и ставлю на табуретку. – Может, лучше порвать с ним прямо сейчас? Ты причинишь ему боль в любом случае.
– Нет, на праздники я его все-таки оставлю. – Сделав еще глоток, она заходит с другой стороны прилавка. – Но нам пора серьезно подумать о кавалере для тебя. Скоро парад, и я хочу пойти на него вчетвером.
Я тянусь через прилавок и пополняю запасы распроданной омелы. Что-то сомневаюсь, что идея с романом на каникулы сработает. Признаюсь, увидев Калеба, я задумалась, но, видимо, я совсем не умею судить о людях.
Хизер смотрит мне прямо в глаза и кивает в сторону парковки.
– Ты только помни об этом, ладно? Потому что вот он идет.
Глаза у меня становятся, как блюдца.
Хизер делает шаг назад и подзывает меня к себе. Я обхожу прилавок, и она показывает мне старый фиолетовый фургон. В кабине пусто.
Если это его фургон, зачем он приехал? Ведь он уже купил елку. Под задним откидным бортом наклейка с эмблемой незнакомой школы.
– Средняя школа Сэйджбраш, где это? – спрашиваю я.
Хизер пожимает плечами. Из-за уха у нее выбивается локон.
В городке шесть начальных школ. Раньше зимой я ходила в ту же школу, что и Хизер. Дальше все начальные объединялись в одну среднюю. Сначала я тоже ходила туда, но в старших классах перешла на онлайн-обучение.
Хизер высматривает его среди елок.
– О! Вон он стоит. Боже, какой красавчик!
– Ага, – произношу я шепотом и стараюсь не смотреть туда, куда смотрит она. Вместо этого ковыряю землю носком ботинка.
Она касается моего локтя и шепчет:
– Он идет сюда! – И не успеваю я ничего ответить, как она прячется в дальнем углу конторы.
Краем глаза вижу фигуру в просвете между двумя деревьями. Калеб подходит прямо ко мне, сверкая улыбкой с ямочкой.
– Тебя Сьерра зовут?
В ответ я могу лишь кивнуть.
– Значит, это про тебя ребята говорили.
– Что?
Он смеется.
– Или, может, есть еще одна девушка, которая сегодня работает?
– Да нет, здесь только я, – отвечаю я. – Это базар моих родителей. Мы все здесь работаем.
– А, теперь понятно, почему ребята боятся с тобой заговорить, – произносит он. Я молчу, и он продолжает: – Я тут был на днях, помнишь? Ты еще спросила, нужна ли мне помощь.
Не знаю, что на это ответить. Он переминается с ноги на ногу. Я по-прежнему молчу, а он продолжает переминаться, и тут меня чуть не разбирает смех. Не одна я нервничаю, оказывается.
У него за спиной двое ребят из бейсбольной команды подметают опавшие иголки.
Калеб встает рядом со мной и смотрит, как они работают. Я замираю и приказываю себе не делать шаг в сторону.
– Это правда, что твой отец заставляет их чистить туалеты, если они посмеют с тобой заговорить?
– Он заставляет их делать это, даже если ему кажется, что они хотят со мной заговорить.
– Ваши туалеты, наверное, очень чистые, – замечает он. Никто еще не пытался охмурить меня разговором о туалетах. Если это у него на уме, конечно.
– Тебе нужна помощь? – спрашиваю я. – Елку ты уже купил…
– Значит, ты меня вспомнила. – Он как-то слишком рад этому.
– Я веду товарный учет, – отвечаю я, тем самым намекая, что вспомнила его исключительно как покупателя. – У меня неплохо получается.
– Ясно. – Он медленно кивает. – И какое именно дерево я купил?
– Благородную ель. – Я понятия не имею, так это или не так.
Но кажется, я угадала.
Я встаю за прилавок. Теперь нас разделяет касса и омела.
– Ты хотел еще что-то купить?
Он протягивает мне ценник с дерева.
– Эта больше предыдущей, так что ребята помогут мне погрузить ее в фургон.
Ловлю себя на мысли, что слишком долго смотрю ему в глаза, и перевожу взгляд на ближайшую полку с товарами.
– А венок тебе не нужен? Они свежие. Или елочные шарики? – Мне хочется поскорее продать ему елку, чтобы он ушел и избавил меня от неловкости. Но одновременно я хочу, чтобы он остался.
Несколько секунд он молчит, и я вынуждена снова взглянуть на него, но он просто рассматривает ассортимент. Может, действительно хочет купить что-то еще? Или просто ищет повод подольше задержаться. Тут он видит стол с напитками и улыбается.
– Я бы не отказался от горячего шоколада.
Он подходит к столу и отделяет один перевернутый бумажный стаканчик от стопки. Чуть дальше, выглядывая из-за присыпанной искусственным снегом елки, стоит Хизер и пьет горячий шоколад. Увидев, что я смотрю на нее, она качает головой и беззвучно произносит: «Плохая идея». А потом медленно прячется за елку.
Калеб разворачивает конфету и помешивает ею горячий шоколад. У меня сердце екает. Он отпускает конфетку, но та продолжает по инерции вращаться.