– Его нарушила вся наша семья, – сказала Юна.
Элина с облегчением заметила, что отчаяние на лице Артура сменилось осознанием, словно Юна и Робин убедили его, что в этой ситуации нельзя видеть только чёрное и белое.
Теперь, когда все немного успокоились, Элина отважилась взять слово:
– Алфея ведь и другим горчаки всучила. Должны же магистры заметить неладное! Почему они не помогают?
Юна как-то странно взглянула на Элину:
– Это непросто. В договоре Пико прописано, что магистры имеют право применять свою магическую силу только в исключительных случаях. Они ведь очень могущественны и вмешиваются, лишь когда под угрозой наша тайна. – Юна в задумчивости пригладила волосы. – Сейчас именно это и происходит, а значит, их действия – это вопрос времени. Но тогда в связи с Алфеей они выяснят и то, чем всё это время занималась, наша семья – и о вас они тоже узнают.
Элина, знающая Юну жизнерадостной и озорной девчонкой, не на шутку испугалась, увидев в её глазах озабоченность. Неужели есть ещё что-то, о чём она не хочет говорить? Может, магистры и правда настолько неразборчивы в средствах, как утверждает Алфея? При мысли о том, что она вместе с Цукерхутами и Чарли может оказаться в магической тюрьме, у неё скрутило живот.
– У них в Музее конфетных искусств уютно и безопасно, – с иронией в голосе сказал Артур. – Сидят на всех этих рецептах, сохраняя их только для себя... кто знает, что там вообще творится! А чемодан ведь лучшее доказательство: нужно прийти к ним, неимоверными усилиями заслужив их помощь – а не наоборот.
– Но мы же разгадали их загадку, мы... почему бы нам не вставить последнюю брошь? Рискнём? Я действительно боюсь Алфею.
Юна мягко положила Элине руку на плечо:
– Артур хотел сказать, что нам стоит хорошенько подумать, подключать ли к делу магистров. Мы ведь пока не знаем, какие это может иметь для всех нас последствия.
Элина всегда думала, что решение проблемы совсем близко, а теперь все добрые намерения обернулись терзающими душу сомнениями. Она тяжело вздохнула.
– Какая дурацкая ситуация, Робин! – покачал головой Артур.
– Простите, что разочаровал вас. – Плечи у Робина поникли. – Я не хотел никого подвергать опасности. Я хотел помочь нашей семье и Чарли – и не стыжусь этого! – Он упрямо вздёрнул подбородок. – Если бы этого не случилось, Элина, Чарли и я никогда бы не подружились. Они помогали мне больше любого сладкомага! Благодаря им я понял, как много значат доверие и дружба, и впервые почувствовал, как хорошо быть сладкомагом, если можешь достойно помогать другим.
– Робин не один заслужил этот нагоняй, – сказала Элина, вставая рядом с ним. – Если его накажут, то наказать нужно и нас с Чарли.
– Мы одна команда, и ничто не может этого изменить! – Чарли присоединилась к друзьям.
– Кто бы мог подумать, что вы такие смелые! – удивился Артур.
Юна смерила всех троих долгим взглядом:
– Мы на вашей стороне. Ты наш младший брат и можешь на нас рассчитывать, Робин. Элина и Чарли тоже, раз они тебе так дороги, что ты всем готов рисковать ради них. Мы вам поможем.
Чарли, Робин и Элина переглянулись с облегчением.
– Как только мы вставим третью брошь и обратимся к магистрам, Алфея наверняка исчезнет, – сказал Артур. – Но как ей удалось сделать так, что горчаки до сих пор нигде не засветились? Нам нужен хороший план.
– Алфея считает нас глупыми детьми, – сказала Элина. – Она послала нам это сообщение, думая, что мы слишком её боимся, чтобы ослушаться. Она наверняка уверена, что мы никому не расскажем правду.
Юна в задумчивости ходила туда-сюда.
– Учитывая всё, что я знаю о магистрах... нельзя рисковать, чтобы нам навсегда отказали в лицензии, – пробормотала она. Теперь она двигалась по кругу, шаги её ускорились.
– Не волнуйтесь, она всегда так делает, когда размышляет, – успокоил всех Артур.
Элина взволнованно наблюдала за Юной, надеясь, что та что-нибудь придумает...
Вытащив из кармана куртки зелёную конфету, сестра Робина развернула её.
– Робин, когда всё будет позади, ты всё до мельчайших подробностей расскажешь родителям. И они решат, как будет лучше для всех и что делать дальше. Понял? – с напором спросила она. – Элина и Чарли, клянётесь делать всё, что я скажу, и чтоб больше никакой самодеятельности?
Все трое энергично закивали.
– Хорошо, – Юна положила конфетку в рот и затихла.
Артур понизил голос:
– Сладкий лайм – лучшее средство для пробуждения идей.
Элина увидела, как лицо Юны расслабилось, а в глазах появился особый блеск, который мог означать только одно: ей пришла в голову действительно классная идея!