Филин кивнул, намекая, что обличие он менять не собирается.
- Ладно. Скажу, что у совы объявился дружок! – вздохнув, но не споря с полудемоном, определилась Дара.
Остальным пришлось смириться.
- Лазутчики! – объявила Дара, едва мы пришли к разрушенному Тар'Гирону и увидели Га'Дора.
А я узнала иную Дару, не ту насмешливую женщину, с которой общалась буквально час назад. На ее лице застыло выражение такого царственного, ледяного гнева, какого я не замечала даже у владыки Подземья. Торн отлетел к Га'Дору, Икциар остался лежать у ног Дары.
Маг удивил, он сыграл так, что будь то игра на сцене, ему бы рукоплескал весь зал. Он с трудом поднялся, вытер выступившую на губах кровь и твердо сказал, смело глядя на возвышающегося изменчивого:
- Где моя жена? Отвечай!
Получив оплеуху, маг упал, я повернулась к филину. Он ответил взглядом, в котором явственно читалось: «Молодец! Моя школа!»
- Убить? - Га'Дор вытащил из ножен меч, на огневика он смотрел, как на букашку.
- Дурак! – с холодком кинула Дара. – Пригодится! Вдруг первая жертва не поможет открыть Врата! – и величественной походкой, унося нас с филином, удалилась.
Я украдкой обернулась, Га'Дор, сощурившись, смотрел ей в спину, взгляд его был наполнен недоверием. Но противиться он не осмелился, приказал, чтобы пленников разместили в темницах.
Свои домыслы я высказала в личной пещере Дары.
- Берегись! Га'Дор что-то замышляет против тебя!
- Плевать я на него хотела! Всегда был шавкой моего полоумного папаши, не способным принимать взвешенные решения! – отмахнулась она от моего предостережения. Увидев взор, которым я одарила ее, Дара сказала. – Я хочу, чтобы это безумие поскорее закончилось! Сегодня!
- Это безумие – лезть в битву с теми, кто заведомо сильнее! – с мрачным видом произнес Арвин, но через секунду широко ухмыльнулся. – Но я безумен!
- Сколько сможешь убить? – по-деловому вопросила Дара.
- Сотню, - уверенно ответил он, взглянул на нее, переиграл. – Две! – очередной взгляд на Дару и не столь уверенно. – Ну, три, на большее не способен!
Она посмотрела на меня. Я честно попробовала прикинуть. Подсчеты в уме оказались неутешительными.
- Я ищейка, а не… - суровый взгляд, под которым чувствую себя никчемной и маленькой. Собралась, как до меня Лютов. – Пятьдесят, точно! – постаралась заверить. – Если меч дадите, - лихорадочно попыталась вспомнить, чему научили еще в Школе.
- Хоть два! – поморщившись, и явно с разочарованием отозвалась она. – А подземец?
Я снова засомневалась, не зная, сумел ли Икциар восстановить силы.
- Торн сможет взять на себя половину сотни! – поторопился сказать Арвин, и они оба воззрились на меня в ожидании ответа.
- Сто пятьдесят! – выразила свое мнение я.
Дара вздохнула, но дала твердый ответ:
- Остальные мои, включая Га'Дора, - было заметно, что с этим изменчивым у нее свои счеты.
Перед битвой решили немного отдохнуть и подкрепиться. В пещеру внесли блюда, и мы расположились на мягких шкурах. В разгар к нам зашел тот, кого не ждали.
- Так и знал! – довольно сверкнул глазами Га'Дор и обнажил меч, наступая.
Первым среагировал Арвин, он, перевоплотившись, схватил изменчивого за горло. Тот захрипел, но решительно дал отпор.
- Стоять! Он мой! – оскалилась Дара, и Лютов нехотя отступил, а затем велел мне:
- Освободи подземца и Торна!
Почему он так сказал, стало ясным уже спустя минуту. Га'Дор тщательно подготовился. У входа столпились изменчивые, битва началась раньше, чем мы предполагали. Я, скоро обернувшись, успела выскользнуть, за спиной раздались пугающие звуки. Поворачиваться или возвращаться было нельзя, и я ринулась в полутьму коридоров. Кто-то из врагов смекнул, что птица движется вперед неспроста, и меня принялись ловить. Но мне не хотелось так быстро попасть в Индегард, поэтому принялась соображать, а еще одурело махала крыльями, за мной неслись сотни стрел и копий. Выше потолка не взлететь, поэтому я устремилась к свободе. Решив, что оружие бессильно, за мной ввысь взмыла целая стая самых разных хищных птиц. Да чтобы вас, изменчивых… паземки загрызли!
Я ускорилась, понимая, что бегство – единственный путь к спасению! Но выход перегораживали стражи, один выставил перед собой клинок, намекая, чтобы птичка сама проткнула свое небольшое сердце.
Я обратилась, показывая, что не сдамся так просто, но ситуация была безвыходной. Прижалась к стене, сплетая «щит трех стихий», надеясь, что в Индегард отправлюсь не в гордом одиночестве, а в компании обещанной половины сотни изменчивых! Ведьма должна сдержать слово!
И в тяжелый час мы умеем собрать волю в кулак и найти верное решение. Я оценила положение. Узость прохода сыграет мне на руку, со всей сворой разом сражаться не придется! Каждый дождется своей очереди.