- А... Вон оно как, оказывается, было... А мне-то вчера показалось, что ты сама этого хотела. Теперь выясняется, что я тебя использовал...
От самоуверенности собеседника и близости его жаркого мужского тела Серафимова смутилась и не нашла в себе сил на сопротивление. Краем глаза она уловила какое-то движение в приоткрытом окне второго этажа, где жила блондинка с дочерью. И через доли минуты оттуда раздалась громкая музыка.
- В гости, как я понял, не пригласишь... - нахально и в то же время игриво продолжил Егор. - Может тогда прокатимся куда-нибудь и просто пообщаемся?
Лада не знала, как отвертеться, и сказала первое, что в тот момент пришло в голову:
- Я на машинах ранга ниже "Теслы" не катаюсь, извини.
- Хм, - слегка улыбнувшись ответил её новый знакомый, - "Тесла" - не проблема. Просто не сегодня.
И тут до Серафимовой донеслись слова припева песни Артура Пирожкова, которую включила Кристина, видимо заметив их с Егором из окна: "...Не смотря на милое личико, алкоголичка, алкоголичка...". "Это про тебя, дорогая, - подумала Лада, - а про меня бы песня звучала "трудоголичка, трудоголичка"...
В этот момент смартфон её дзынькнул сообщением от подруги: "Дай ему шанс!". И неожиданно для себя Лада решительно произнесла:
- Ок, можем посидеть в каком-нибудь кафе. Где-нибудь недалеко и недолго.
Глава 10.
Говоря про кафе неподалёку, Лада не имела в виду первую попавшуюся забегаловку, у которой остановил свой дорогой автомобиль её новый знакомый. Но она не высказала по этому поводу ни единого возражения из-за своей природной деликатности. Нет, если бы было нужно сыграть роль для достижения какой-либо цели, Серафимова бы сейчас картинно закатила глаза, капризно надула губы и ни за что бы не вышла из машины. Но в последнее время она всё чаще и чаще предпочитала оставаться самой собой. Как будто Егор Игнатов прикрепил к ней во время съёмок в "Волшебстве рассвета" невидимую камеру видеонаблюдения и непрерывно за ней следил, а в особо грустные минуты даже поддерживал: "Держим спинку, держим!". Конечно, это был плод больного Ладиного воображения. Но отказаться от незримого присутствия человека, в которого она была влюблена, пока не получалось.
Из дверей малюсенького помещения, куда они зашли, так и пыхало жаром. Два пластиковых столика выглядели неухоженно и неустойчиво. Мягкие кожаные кресла были испещрены сеткой трещин и кое-где наружу обшивки прорывался грязно-жёлтый поролон, словно ему надоело вечно скрываться в тени и вот теперь нашлась возможность крикнуть: "Это я радую ваши попы своей мягкостью!". Лада бегло взглянула на бедный ассортимент мясной выпечки, прикрытой марлей, по которой то тут то там ползали мухи, и вернулась на улицу, сказав Егору, что будет только сок. Она остановилась у высокого столика, рядом с которым не были предусмотрены стулья, ожидая спутника.
- Я люблю мультифрукт, но у них оказался только апельсиновый, - сказал мужчина, неся в руках два пластиковых стакана и литровую коробку. (Лада любила персиковый, но её никто не спрашивал.)
Затем он сходил в помещение ещё раз и принёс два пирожных, которые на удивление выглядели свежими и аппетитными.
- У них есть и алкоголь, - как будто невзначай произнёс лётчик.
- Я не буду, - моментально среагировала Лада.
- Как хочешь, - улыбнулся Егор.
В спустившемся на город полумраке он показался ей даже каким-то слегка близким человеком. Конечно, это ощущение было очень обманчивым, не смотря на случившуюся между ними накануне физическую близость, которую Серафимова толком и не запомнила. Теперь мужчина выглядел смущённым и даже робким.
- Ты по России летаешь, или и заграницу тоже? - спросила она, чтобы как-то начать разговор, сама в это время размышляя - какого чёрта он делает сейчас рядом с ней, если у него помимо жены наверняка есть обширный выбор из стройных, молодых, горячих стюардесс.
- Международные рейсы, - односложно ответил тот и переключил разговор со своей персоны на неё. - Я тут тебя загуглил, почитал про твои громкие романы. Ты в жизни какая-то другая.
- Какая другая? - уточнила Лада, на самом деле понимая, что он имеет в виду её сдержанность.
- Не такая развратная, какой тебя представляют.
- Это хорошо или плохо?
- Без разницы. Я просто люблю секс и пробовать новое.
Лада должна была что-то сказать, чтобы избежать неудобной паузы, но разговоры "об этом" она, не смотря на всю её богатую в прошлом сексуальную жизнь, так вести и не научилась. Поэтому Серафимова спросила: