Но стеклянные застывшие глаза уже смотрели сквозь неё.
Лада проснулась и заплакала. Окно сияло солнцем, а она видела темноту и лицо бабушки в ней.
С верхнего этажа раздались игривые попсовые ритмы. Лада различила характерный колорит голоса Маши Распутиной. "Прощай, мой лётчик!.. Бай-бай, мой лётчик!.. - пела певица. - И больше в небо ты не взлетишь!.." Серафимова улыбнулась: "Да дался тебе этот лётчик, Крис! Парней так много холостых..."
Через полчаса Лада вышла из подъезда, намереваясь купить немного лёгкой готовой еды в ближайшем супермаркете. На ступеньках стояла старушка лет восьмидесяти.
- Деточка, скажи, а Анастасия Петровна в какой квартире проживает?
Кожа Лады покрылась мурашками от проскользнувшего по ней мороза. "Господи, как ты это делаешь!?"
- Я не знаю, - медленно произнесла она, вглядываясь в лицо старушки и подсознательно ища сходство со своей бабушкой.
Ситуация прояснилась, когда из дверей вышла соседка Серафимовой с третьего этажа. Эта грузная тётенька знала всё и про всех такое, чего на самом деле не было. Анастасия Петровна Лаврушина проживала в следующем подъезде. Но мистическое совпадение внутренне не отпускало Ладу ещё долго.
Глава 14.
Зачастую мы бежим по жизни быстрей и быстрей к поставленным самими же нами целям. Всё вокруг должно подстраиваться нашему плану на день, на неделю, на месяц... А события, появляющиеся как бы извне, трактуются нами как ненужные, мешающие, отбирающие время и энергию от выполнения наших амбиционных задач. Так бежала и Лада Серафимова, пока не встретила Егора Игнатова. Забыть его, научиться жить заново, с нуля, с чистой страницы, вычеркнуть всё, связанное с ним, - теперь это была задача номер один.
Серафимова ходила по супермаркету и не могла сосредоточиться на том, что ей купить. Она разглядывала каждую мелочь, будто прилетела на Землю как "Пятый элемент" - Лилу из одноимённого фильма. Посвятив целый час продуктовым полкам и ничего так и не положив в тележку, Лада уставилась на косметический отдел. Взгляд зацепился за надпись "Прямо в сердце" на розовом дезодоранте. Она покрутила его в руках, понюхала и опустила на дно крупнорешётчатой коляски.
"Я - не я. Игнатов, что ты со мной сделал?"
Подойдя к кассе, женщина взглянула на себя со стороны и ещё раз удостоверилась, что с ней точно что-то не так. Спереди и сзади неё стояли люди с заполненными до отказа тележками. В каком-то неестественном, неискреннем, наигранно-оживлённом, позитиве, они спешно выкладывали свой груз на движущуюся ленту, а потом суетливо впихивали его в множественные пакеты. Ладины семь позиций в чеке: дезодорант, маска для лица, маринованный имбирь, салат из спаржи, сельдерей, авокадо и миндаль - выглядели здесь также странно, как белый человек среди аборигенов Сентинельского острова в Бенгальском заливе. Пытаясь осознать и принять новую себя, Серафимова медленно вышла из разъехавшихся в стороны дверей, щурясь от яркого солнца. Чуть приостановившись, она спустила тёмные очки с головы на глаза.
- От кого глаза прячешь, дорогая? От себя не спрячешься! Вижу, горе у тебя, мужчину потеряла. Дай мне свой волос и монету, я расскажу, как его вернуть, - прямо перед Ладой непонятно откуда выросла цыганка.
Выглядела она вполне по-современному, единственно, что её отличало - огромные золотые кольца-серьги на ушах, открытых из-за убранных длинных волос в хвост, длинная пышная юбка с какими-то блёстками-конфетти по краю и чёрные капроновые колготки или чулки на ногах, вопреки стоящей на улице жаре. Она продолжала заунывно вещать о Ладиной несчастной судьбе, одиночестве и о монете, которую нужно обвернуть в волос, когда Серафимова улыбнулась и ответила:
- Спасибо, не нужно. Ему лучше быть без меня.
Гадалка опешила и крикнула вслед уходящей Ладе:
- Не ставь себя выше мужчины!..
Эта фраза прямо так отчётливо прозвучала - как гром среди ясного неба, что Серафимова тут же вернулась мыслями ко вчерашней психозащите, где она стояла на небоскрёбе, как героиня клипа песни Юлии Беретты "Я - твоя женщина!", и отдаляла от себя Игнатова с Ладой-костюмершей.
"Не ставить себя выше мужчины? Хорошо!" - и Серафимова представила, как травмирующая её пара, целуясь, поднимается на лифте и бежит к ней по крыше с распростёртыми объятиями.
"Бред какой-то!" - поморщилась Лада после возникшей картины секса втроём и подумала, что она сама лучше спустится на лифте, превращаясь постепенно в маленькую незаметную улитку, отползающую от пары влюблённых муравьёв на гигантски огромное расстояние.
"Кафка просто отдыхает!"
Звонок телефона отвлёк её от нелепых фантазий, и она ответила на вызов неизвестного абонента.