- "О, сколько нам открытий чудных..." нежданно приготовила судьба! - заворожённо отложила гаджет в сторону Лада.
С этого момента она перестала быть привычно упорядоченной актрисой Серафимовой. К ней с новой силой вернулись чувства к Егору, плотной блокадой взяв в плен её мысли, душу, тело наконец. Она вставала, ходила, падала снова в кровать и хватала в руки смартфон, вглядываясь в разные образы Игнатова.
"Нет, это не может быть правдой! Мы не общались несколько лет! Я просто вижу то, что хотелось бы видеть! Эффект проекции", - подумала Лада, напоминая сцену с Фрекен Бок из мультфильма про Карлсона: "Я сошла с ума! Какая досада!".
- Я просто заболела! У меня, верно, поднялась температура! - продолжала разговаривать сама с собой она, почувствовав, как всё её тело охватывалось огнём всё больше и больше.
"Надо пересмотреть видео Игнатова, которые осуществлялись им до времени нашего знакомства. Может быть они расставят точки над i?".
Самое смешное, что и старые его видеоклипы отчего-то показались Ладе снятыми как будто про неё. И она с огромным потрясением отметила, что и её старые песни были написаны ею как будто о нём. Фантасмагория мыслеобразов своими пазловыми соприкосновениями ввела Ладу в глубокий транс.
- Бред! Мы не могли знать друг о друге до момента знакомства!.. У меня разыгралось воображение. Это просто профессиональная деформация. У меня. И возможно у него. Постоянно играя постановочную любовь, мы с ней срослись кожей. Эффект присутствия... Погружение в образ... Что-то общее творческие люди всегда могут найти друг у друга...
Она выключила смартфон и попыталась уснуть, решив, что "утро вечера мудренее", и завтра она выбросит Егора из головы. Однако, уснуть ей не удалось, так как наверху, над её квартирой, послышались крики. А следом, прямо за окном, что-то упало. Потом ещё и ещё...
Лада жила на первом этаже и быстро подбежала к окну - мало ли, вдруг кому-то потребуется её помощь? Этажом выше арендовала жильё очень эффектная двадцатипятилетняя блондинка, гормональные всплески которой периодически будоражили по ночам весь подъезд. И всё бы ничего, не имей она пятилетнюю дочь, психика которой постоянно находилась в стрессе из-за вечных домашних скандалов. Вот и сейчас следом раздался детский плач.
Серафимова приоткрыла створку окна и увидела прямо под ним раскрытую большую спортивную сумку с вещами, чуть поодаль мужские трусы и телефон. Почти сразу из-за торца дома сюда метнулся мужской силуэт. Лада спряталась за штору, не желая смущать сожителя соседки, вещи которого были раскиданы по земле.
"Страсти какие бразильские! - подумала актриса. - И кина никакого не надо".
Под звуки ругани матери и постепенно смиряющегося детского плача, жалея выкинутого в ночь парня, Лада ненадолго забылась во сне. Но вскоре снова была разбужена детским криком. Разозлившись окончательно на нерадивую мать, она накинула халат и поднялась по лестничному пролёту подъезда. Девочка во всю свою эмоциональную мощь и боль рыдала прямо у запертой двери:
- Мама... Мама... Где ты?.. Мне страшно...
- Машунь, не плачь! Мама скоро придёт, - постаралась успокоить ребёнка Серафимова, мысленно готовая придушить собственными руками эстрогенозависимую "мамашу", как та появится.
- А ты кто? - спросила, всхлипывая, девочка.
- Я соседка, Машунь, тётя Лада.
- А мама где?.. - по-новой зашлась в крике девчушка. - Когда она придёт?
Дверь подъезда хлопнула и блондинка-мать впорхнула в подъезд с каким-то лицом кавказской наружности. Наткнувшись взглядом на сердитую Ладу, она моментально всё поняла и вызывающе бросила:
- Проснулась?
- Слушай, ну ты могла бы меня в конце концов, если больше некого, попросить побыть с ребёнком на время своих... загулов! Или ключ бы оставила!
- Извини! Ща я её успокою.
Шокированная Серафимова спустилась к себе и, уже когда почти уснула, снова была выдернута из постели трелью дверного звонка.
- Извини ещё раз! Побудешь с ней часик? А то не засыпает никак, а мне уйти нужно! - увидела Лада соседку, когда открыла дверь. - Я заплачу!
"О, боги небесные! - мысленно взмолилась актриса. - Что ж за ночка сегодня?".
- Побуду, - ответила она, - оденусь и поднимусь.
Глава 5.
Проблески августовского раннего солнца уже позолотили верхушки деревьев, окружавших многоэтажку, где жила Лада, когда она вернулась к себе в квартиру, пообещав соседке зайти вечером и познакомиться поближе за бутылкой вина. Серафимова натянула на глаза весёленькую маску с какими-то пальмами и попугаями, в уши вставила беруши и нырнула под одеяло с головой, оставив лишь немного приоткрытого пространства, чтобы было чем дышать. Мгновенно провалившись в нирвану сна, она проспала почти целый день. А проснулась от того, что одеяло полностью упало на лицо, и Лада стала задыхаться. Ей снилось, как она с невероятной скоростью бежит по каким-то лабиринтовым коридорам в поисках выхода, а его всё нет и нет. И жуткое ощущение этого бесконечного бега оставалось в её голове ещё минут пять после того, как она села на постели и стянула с лица маску и беруши. Красивые настенные часы, вместо цифр на которых были квадратные мини-фоторамки, показывали на один из портретов Лады, располагавшийся там, где должна была быть цифра три. Актриса включила смартфон и увидела несколько пропущенных звонков от мамы и от давней школьной подруги Любки.