"Врал, конечно. Наверняка есть женщина, с которой у него отношения". Серафимова гладила свои колени и отказывалась понимать, как она могла прожить жизнь и не знать, что так может быть... "Всему виной поцелуй! Он замер, когда замерла я. Он чувствовал меня. Первый мужчина, который меня чувствовал. Veni, vidi, vici - пришёл, увидел, победил". Необходимо было выйти без эмоциональных потерь из насыщенного чувствами и тишиной пространства. "Если честно, не ожидала, что существуют в принципе мужчины, способные на ощущение партнёрши в сексе, хотя ты утверждал об обратном. Так странно... У тебя потрясающе ласковый голос и нежные руки. И ты контролировал все движения как в танце:) В общем это оказался неожиданно лучший секс в моей жизни!" - отправила Лада сообщение Александру в ватсапе.
Глава 46.
Александр прислал смайлик с довольной улыбочкой. И ни словечка, ни полсловечка, которых бы Ладе очень хотелось в подтверждение того, что они ещё увидятся. С кошачьей лаской она обнимала подушку и мечтательно засыпала. Уютный покой разлился по маленькой квартирке.
"Жаль, что он не остался..." - лёгким облачком растворилась мысль сквозь укутавшую её дрёму.
Томное утро понедельника началось с телефонных сообщений. Ладе требовалось быстро включать своё внимание в "Крёстную мать". Ангелина приглашала её во вторник к ним в студию на "Мосфильме" для подписания договора. Но приоритетная мужская нежность Александра отчего-то никак не хотела уходить на второй план. Серафимова мучилась вопросом: "А вдруг он больше не напишет?" И убеждала себя, что это неважно на самом деле - напишет или не напишет. Главное, что им было вместе хорошо. Лично ей - так хорошо, как никогда и ни с кем. Однако смешно в её возрасте на что-то надеяться. С пронзительной болью выступили на глазах Серафимовой запоздалые слёзы от обидных слов костюмерши накануне. Да и количество мужчин, в постели которых она побывала, не делает ей чести. Нужна ли Александру такая женщина, как она? Меньше всего он похож на Прохора Шаляпина или Гогена Солнцева. Растрёпанная, лениво поелозив щетинками зубной щётки во рту, Лада уставилась на своё отражение в зеркале ванной и уныло скисла: