— Любой эгоист настолько предсказуем, что даже напрягаться ненужно. А ты еще этим и бравируешь! Получается, ты задумал шантажировать жену? И в качестве наживки будет Лорм? Я прав?
Дракон поморщился:
— Ты занудлив и суетлив, как люди.
— Занудливостью суетливостью ты считаешь моральные нормы, которые признают неприемлемым подобное отношение к тем, кто не виноват в воздействии драконьей магии, как Лорм или моя мать, — чувствуя себя многословным эльфом, возразил я.
— Направляйся завтракать к себе, сын, и подумай над своими словами! Следующий раз лишу тебя обеда за дерзость! — загремел дракон.
Я расхохотался:
— Как я понимаю, это предупреждение: «Так проявляется старческое слабоумие у драконов!»
— Уходи, иначе я сделаю то, о чем после пожалею!
— Ничего, заведешь себе еще одну пару и еще одного сына, и все наладится… — насмешливо заявил я, не собираясь отступать. Райдер застыл, наливаясь гневом. Если он обдаст меня огнем, я ударю его эльфийской стрелой. Но дракон внезапно успокоился:
— Смелый… Решил меня спровоцировать и сбежать?
Я пожал плечами, кто кого провоцирует.
— В общем, ты прав, от магии мы страдаем, и сильно. Я бы давно избавился от упрямой и бессмертной эльфийки, но, суть проблемы такова: если эту убить, следующая пара не появится.
Я, кажется, смотрел на него, открыв рот, он СЕБЯ посчитал жертвой драконьей магии! СЕБЯ, а не женщин, на которых пало проклятие драконов.
— Н-да, получается тех несчастных, первых жен, ты тоже испугал, так что они сбежали, раз ни одна из человеческих женщин не стоит сейчас рядом с тобой.
Дракон небрежно отмахнулся, не желая говорить.
— Ты знаешь, что всех моих порков уничтожили и теперь эльфы и люди празднуют победу? — с налетом насмешки сообщил он.
— Я рад за них. Думаю, твои следующие партии порков и троллей унаследуют ту же участь.
Дракон брезгливо скривился:
— Ненавижу троллей, у них так отвратительно хрустит шея, когда ее ломаешь, — Райдера передернуло от воспоминаний.
Я с удивлением на него посмотрел. Скажи это кто другой, я бы посчитал это грубой шуткой, однако, дракон не шутил. Он просто намекнул, что с ним связываться опасно.
Когда-то тролль, схватив меня за ногу, вырвал часть мышц на ноге, которые так восстановить не удалось. Будь у меня такая сила, этого никогда не случилось.
Помолчав, я спросил:
— У тебя еще есть сыновья?
Он покачал головой:
— Первая жена отравилась, чтобы мой сын не появился на свет, вторая тоже покончила с собой.
Он сказал это с такой болью и обидой, что у меня язык не повернулся позлорадствовать на тему: «Так кто их до этого довел!» Получается, эльфийская жена самая стойкая, она просто выкинула драконье отродье вон. Интересно, он когда-нибудь анализировал, почему это все случилось?
Закончив завтрак, подхватил бутылочку эльфийского вина, я развернулся и ушек к себе. Спать. Чтобы забыться и ни о чем не думать.
Я сидела на диване в гостиной дома Андро и… мягко гладила голову Дриона, который устроил ее у меня на коленях. Драпируя мутную неловкость четкой мыслью, что это сон, а во сне можно все, — я нежно ему улыбалась. Самое забавное, хотя в реальности я об этом никогда не думала, эти ласковые прикосновения нравились и ему и мне.
Видно, потому что во сне, мы лениво и довольно односложно переговаривались, наслаждаясь тишиной и обществом друг друга.
— Я соскучился… — внезапно сознался он. Улыбаясь, я невесомо провела пальцами по его подбородку, и тоже призналась:
— Я тоже. Лорм обещал, что ты появишься, а тебя все нет и нет.
— Он меня не выпускает… и откуда Лорм знает?
— Сказал, что ты отправил ему письмо.
Дрион мгновенно на локтях поднялся и, распугивая остатки неги, настойчиво вгляделся мне в глаза, сообщив:
— Я ничего ему не посылал.
Я вяло пожала плечами:
— Значит, таким образом, он утешал меня…
Дрион вновь лег, а когда я дотронулась пальцами до его кожи, чуть не заурчал от удовольствия.
— Ты как кошка… — усмехнулась я. Но Дрион, нежно прижавшись щекой к моей ладони, вернул разговор к эльфу:
— Нет, я не писал, не мог, но Лорм прав, я жив…
— Это же замечательно. — Я ему улыбнулась. — Так давно не видела снов о тебе.
Теперь мягко улыбнулся он. Я, нежно перебирая его волосы, думала, когда это мы стали такими близкими? Дрион, с удовольствием потянувшись, продолжал:
— Раньше думал, что эти сны у нас из-за проклятия дракона, но оказалось, нет. Лорм был прав, это что-то эльфийское.