От точки сбора мы отъехали совсем немного, когда эльф внезапно поднялся в стременах и крикнул:
— Засада!
Нас окружили ровно на выезде из лесочка, растущего в лощине между двух скал. Порки, или кто там ими управляет, так и сделали. Лучше места для засады не найти. А Бук, который должен был проверить дорогу, положился на удачу.
Сама виновата, надо было проверить за ним еще раз!
Ближайший порк длинной палкой поддел меня в спину и столкнул с коня. Я удачно слетала, приземлилась прямо на ноги, слегка прикусив язык.
Шипя от боли в спине, восстановила равновесие и сплюнула кровь изо рта. Развернувшись, я врезала порку ногой, свалила на землю, и ударила вновь, удовлетворенно услышав хруст в руке державшей палку. До этого я по-настоящему драться опасалась, мои гневные порывы сдерживались боязнью стать посмешищем для окружающих.
Но первая удачная попытка придала сил и словно развязала невидимые узы. Его же дубинкой я дала ему по голове. И огляделась. Лорм стоял уже на земле и сражался сразу с тремя противниками. Судя по всему, эльф отобрал «моего» второго порка. Благородный защитник.
Бук мечом отбивался с коня от трех напавших, подарив им возможность себя стащить с коня. Луков и мечей у них в руках не было, видимо хозяин отдал приказ взять нас живыми.
Лису, слетевшему с коня не так удачно как я, досталось больше всех, скрючившегося на земле его дубинами избивали двое порков.
Размышляя над этой несправедливостью, отвлекла на себя одного порка и трофейной дубинкой ударила его по голове, людоед потерял сознания. Над Лисом остался один враг. Несколько настоящих ударов в бою отняли больше сил, чем любая тренировка. Я задохнулась.
Один из порков Бука кинулся на меня сзади. Я попыталась развернуться, но не смогла, хватка противника сделалась только сильнее. Закипая гневом, напряглась, и с ускорением упала на землю, подминая под себя тощее тело порка. Больше всего сейчас жалея, что мой меч исчез, когда я слетела с седла.
Теперь я пыталась отбиваться дубинкой, но этот троллев людоед вцепился мне в плечо острыми как ножи зубами. Я от боли вскрикнула.
Заживо жрет!
Лорм, добил повисших на нем порков, отрубил напавшему на меня голову, и окончательно рассвирепев, кинулся на оставшихся. Заметив наш перевес в количестве, порки драпанули по кустам.
Я с болью выдохнула, но медленно поднялась и оценила скорость:
— Шустрые, гады…
— Он мне голову отгрызет похуже порка… — печально буркнул Лорм, оглядывая мое порванное зубами предплечье и залитую кровью одежду.
Если бы крик от боли помогал, я бы не молчала, но смысл кричать, только терять силы. Все, что я могла себе позволить, тихий стон. Бук спрыгнул с лошади и, склонившись надо моей раной, тихо спросил:
— У тебя эликсира нет? Того, которым лечил Дрион?
Лорм скорбно покачал головой.
Я проскрежетала:
— Не теряйте время! Они сейчас вернутся с подкреплением. Бук, подхватывай Лиса и мчись отсюда. Мы с Лормом сами разберемся! Когда возвратитесь в лагерь, не болтать! Голову отвинчу и скормлю… сам знаешь кому! — Бук только покачал головой на мою угрозу.
— Пошел! Не теряй время. В плену люди, им нужна наша помощь! — Если беспокоишься о ком-то другом, своя боль отпускает.
Я обессиленно легла на землю и уставилась на легкие облака. Наваливалась сонливость, веки закрывались сами. Послышался тихий цокот, Бук привязал лошадь Лиса к седлу своей, подхватил раненого и ускакал. Надо придумать, что делать дальше, но из-за слабости и боли мысли отказывались соединяться во что-то стройное и здравомыслящее.
— Лорм, у тебя есть лишняя рубашка? Ладно, неважно… — Я целой рукой дернула свою. Тщетно, слишком крепкая ткань для ослабевшей руки. Эльф оторвал часть шелковой рубашки под камзолом и приложил к ране, останавливая кровь.
Моя рука не двигалась, я с горькой усмешкой сказала:
— Будем теперь с Бредисом однорукими.
Эльф криво улыбнулся:
— А я безголовым, меня ваш лекарь на куски порвет.
Я усмехнулась.
— Не порвет, но в любом случае, компания у нас будет, не заскучаешь!
— Я попробую помочь, но тебе надо заснуть… — Он что-то на меня наложил. Что-то магическое. Стало тепло и не так больно. Я на самом деле засыпала, безумно благодарная эльфу за передышку от дикой боли. Он возился со мной так нежно и предупредительно. Вот же воспитание, не то, что у Дриона. Тот бы меня уже съел. С этими мыслями уснула.
Я обернулась и с любовью взглянула на мужчину. Хотелось его обнять, согреть и забрать все горести и усталость. Но мне осталось только улыбнуться, грустно, но от души, чтобы хоть частично передать хоть каплю тепла и поддержки.