— Потом договорим. — бросила Эмма и с нескрываемой растерянностью пошла к месту битвы.
Воспользовавшись сарафанным радио, я узнала, что в пару мне снова достался Александр, только тот факт, что этот волшебник даже не думал появляться, изменил весь расклад: мое распределение состоится еще раз уже на поле.
Пока я сидела и ждала своей очереди, мое боковое зрение ловило обеспокоенные взгляды Мериды, которая обхватив одно из своих колен нервно трясла ногой, так что с нее периодически слетал туфель.
Дуэлянты сменяли друг друга, раскрашивая воздух в цвета радуги. И вот пришла очередь Эммы. Ее парой был Лоренцо. Но его было трудно узнать. Всегда жизнерадостная и общительная фея превратилась в подавленного серого студента, который участвовал в дуэли только для того, чтобы не испортилась и так скверная оценка за семестр. Смерть Лоренцы отразилась на нем, как ни на ком другом. Это и понятно — они были очень близки. И пусть убитая фея была его личным сталкеров, все равно это внимание было для Лоренцо бесценным.
Поединок Эммы и Лоренцо был скучным, медленным, он был больше похож не на дуэль, а на обмен любезностями, какими они только могут быть в сверхъестественном мире. Получив свои мизерные баллы, они вернулись на свои места. А вот мне пришлось встать, так как предыдущая пара была последней, а значит, настал мой черед. Я вышла на середину поля и посмотрела в сторону учителя. Тот уже нес синий мешочек, наполненный именами студентов. Кому-то прийдется провести дуэль во второй раз за сегодня. Я аккуратно засунула руку внутрь мешка и достала белый шарик. Сначала его поверхность была пуста, но затем на ней появилась надпись, которой я была… не рада.
«Накрелий» — гласили синие буквы, будто напечатанные на старинной машинке.
Я показала шар преподавателю, а тот, в свою очередь, подозвал студента, чье имя я вытянула. В мою сторону шел волшебник, жизнь которого еще ранним утром мы с моей сестрой додумались подсмотреть и силу которого мы так и не узнали.
«Ну сейчас-то и выясним», — пронеслось в моей голове.
Соблюдая регламент, мы поклонились друг другу, и дуэль могла считаться начатой. Право первого удара было предоставлено мне, поэтому, не долго думая, я послала плотный поток энергии в сторону соперника. Как же приятно было почувствовать удивление зрителей, когда удар «незаслуженной Королевы» чуть ли не сбил с ног новичка-профессионала. Но в его оправдание можно заметить, что он просто не ожидал от меня такого порыва. Быстро преодолев силу притяжения, Накрелий послал ответный поток. Его энергия была белой, словно чистый лист, что еще больше запутало меня, так как такой цвет присущ многим студентам, только начавшим колдовать, но этого просто не могло быть, что становилось понятным даже по силе потока — тот за секунду сбил меня с ног. Не теряя времени и не чувствуя боли, я поднялась и, вспомнив, все прегрешения моей сестры, которые меня изрядно подбешивали (а таких накопилось слишком много), я смогла сотворить в своей руке подобие огненного шара. Жаль, в нем не было достаточно мощи, чтобы долететь до адресата. Волшебник в ответ лишь ухмыльнулся и послал еще один более сильный поток энергии. Я снова упала, но подняться также быстро, как в первый раз, у меня не получилось. С кряхтением и болью в спине я водрузилась на высоту своего роста и попробовала повторить трюк. Второй шар получился таким огромным, что смог сжечь к чертям и Накрелия, и поле, и даже саму Академию, а потом мы все дружно разъехались по домам, которых у нас нет. Ха. Если же говорить на чистоту, то второй шар… он вообще не получился, из-за чего пришлось отбросить все мысли о фокусах и послать в сторону соперника обычный поток энергии. Красный свет ударил по Накрелию, но тот, лишь изящно отмахнувшись, потушил и энергию, и мои шансы на победу. Следующий удар соперника, и я лежу на земле, беззаботно рассматривая облака. Победитель, видимо, не был знаком со всеми правила этикета, поэтому не предложив руки, но широко улыбнувшись, он незамедлительно проследовал прочь.
***
На силу я доковыляла до своей комнаты. Дверь открылась и моему вниманию предстала ее Величество, Пустота. Раньше она была только в моей душе, а теперь, как поток воздуха при долгожданном открытии окна, вырвалась на свободу и заполняет собой каждый уголок. Все выглядело, как прежде: небрежно застеленная кровать, прожженный тюль, заколки-бабочки с осыпавшимися блестками. Но теперь эти вещи не принадлежали кому-то, теперь они были простыми предметами, ничем не отличавшимися от тех, что еще не нашли своих хозяев и неприкаянно лежат в магазинах, или тех, что давно забыты на чердаке и уже никогда не понадобятся. Странно, что Академия в этот же день, даже в этот же час, продолжила спокойно жить. Да, все понимали, что произошли изменения, но произошли ли? На улице все также слышен говор оборотней, перекидывающих друг другу мяч, в коридоре надменно шепчутся ведьмы. Люди любят говорить: «все живет, все меняется». В нашем мире это не работает. Иногда мне кажется, что время здесь застыло. Оно тянется, как смола, прилипая к каждому камню, заложенному в средневековую стену, к каждой пылинке, случайно попавшей в плен мрачной Академии. Чуть раньше я сказала, что у нас нет дома. Я соврала. Наш дом здесь. Только вот дом ли это? Разве в вашем родном доме, если вы умрете, все продолжит идти своим чередом? Разве ваши близкие моментально забудут о вас? Что ты был, что тебя нет? Все это чушь, нонсенс, бред. Называйте как хотите.