Ответом была тишина. Я не поняла, почему прервалась связь и попросила помощи от Накрелия.
«Ах, да! Мы тебе не сказали, Виктор и Природа пустили слух, что тебя собираются казнить».
— Они хотят меня казнить? — выпалила я вслух.
— Да. — тихо произнес Александр.
«Что?! Я надеюсь, это только слух», — недовольно подумала я.
«Может они по правде тебя казнят. Но ничего такого! Скорее всего, тебя сразу же воскресят», — ответил Накрелий, размахивая руками.
Этот жест повлек за собой обвал многовековой паутины, которая обвила темные волосы волшебника и его нос, вызвав несвоевременные позывы.
«Не смей чихнуть!» — успела предостеречь я, но было поздно.
— Апчхи! — разнеслось по всей темнице.
«Идиот! Ты не мог потерпеть?» —пронеслось у меня в голове, разжигая буквальный пожар в моих глазах.
«Это ты идиотка! Я же не камень! Как я мог сдержаться?»
«А как это делают вменяемые сверхъестественные? Ой, извините, откуда вам знать?»
Накрелий потянулся к камню, чтобы кинуть им в меня, но его остановил голос Александра:
— В глубине темницы?
— Что? — взволнованно переспросила я, подтягиваясь к близлежащему камню.
Так, я и Перламутровый, сидящие напротив друг друга на полу, застыли с орудиями в руках в ожидании начала боя.
— Ты не одна? — поинтересовался Александр.
— Да. Нас тут целый табор. Ну, Александр, ты же умный мальчик. Конечно, я одна. Это просто эхо.
«Сама ты эхо!» — раздраженно прошипел Накрелий.
Я же, не задумываясь, кинула со всей силы булыжник в сторону оппонента, но тот успел собрать волю в кулак и перенестись прочь. Странно, но волшебник, утверждавший, что никогда не практиковал такой инструмент как перемещение в пространстве, с легкостью справился с ним.
Еще будто вечность мы с Александром просидели вместе. Он что-то говорил, а я не могла дождаться новой встречи с Перламутровым. В следующий раз он так просто не сбежит от меня!
***
В конце дня в темнице снова началось какое-то внеплановое движение. В соседние камеры посадили каких-то студентов. Жаль, но загадка быстро обрела ответ, потому что такой яростный спор в сочетании со знакомыми голосами мог родиться только у одной пары — Накрелий и Александр. Эта перепалка длилась всего пару минут, но так истерично и назойливо, что мне, как истинной леди, пришлось вмешаться.
«Может хотя бы ты замолчишь?» — подумала, пытаясь привлечь внимание.
«Я замолчу, когда он замолчит!» — срываясь на писк, ответил Накрелий.
«Природа! Напомни, почему мы забыли разорвать связь, и я должна слушать даже твои мысли?»
«Дорогая Александра, в следующий раз пощады не ждите».
Я закатила глаза и уже думала прожечь дверь в стене и свернуть шею собеседнику, но лишь мысленно произнесла:
«Дорогой Накрелий, еще один день, полностью проведенный с вами, и я правда не буду просить пощады, а просто наколдую пистолет и застрелюсь!»
«Этому я тебя еще не научил!»
«Жаль…»
Нашу мысленную беседу прервал шум в коридоре.
— Намечается вечеринка! — крикнул Перламутровый.
Он подошел к своей двери, оперся на нее и тут же вылетел за пределы камеры. Наши с Александром двери также моментально распахнулись, открывая вид в другую часть темницы. Там стоял Виктор, нервно постукивавший носом туфли о каменное покрытие. Он оглядел нас и медленно и грозно сказал:
— Почему. Вы. Здесь?
— Такое дело. Меня в убийстве обвиняют. — ответила я, подходя ближе к выходу.
— А я руку какому-то придурку рассек. — подхватил Накрелий.
Александр же болезненно вздохнул и молча вышел из камеры. Виктор еще раз внимательно посмотрел на всех троих заключенных и пояснил:
— Собирайтесь. Мы поймали настоящую убийцу.
Глава 11
Выйдя из темницы, мы направились в Зал советов. Виктор летел впереди с такой скоростью, что даже его темные локоны не поспевали за ним, развиваясь позади. Я, Накрелий и Александр, будто матерые марафонцы, пытались не обогнать, но поравняться с директором, но тот постоянно прибавлял ход, демонстрируя неотложность грядущего. Уже спустя две минуты мы вчетвером, тяжело дыша, отпирали громадную деревянную дверь, открывавшую нам вид на Собрание.
Виктор, не останавливаясь прошел к своему креслу, а мы с Александром по траектории, которая будто от рождения была по умолчанию зашита под нашей кожей, проследовали в сектор волшебников. Накрелий — сверхъестественный, которому не свойственна замкнутость и стеснительность, — чарующе улыбнулся, поклонился всем присутствующим и бесцеремонно уселся на колени Александра, который в этот момент всеми силами пытался устроиться по удобнее. Староста сперва, не находя, что ответить на такое хамство, раскинул руки и приподнял мохнатые брови.