— Да. Да, наверное, он делает меня лучше. А все равно: вот так оглянешься назад и поймешь, чем был, жить не захочется. Я готов был уничтожить все, весь мир, вас всех, ни перед чем не отступил бы, желая отомстить за что-то Богу… — Влада болезненно перекосило.
— Теперь, Влад, ты просто обязан прожить еще тысячу лет и доказать всем и себе, что ты лучше того человека, — твердо заявила Кара, позволив себе широко оскалиться. — Считай это приказом. Искуплением. Разве не этим все мы тут занимаемся, храним мир в Аду за тот Рай, что мы уничтожили?..
— Жить, — повторил он зачарованно. — Иногда так хочется просто жить. По-настоящему, а не только здесь, в Аду. В Петербурге второй мой дом, а я мертв, призрак. Не могу ничего коснуться, проваливаюсь сквозь стены, но я так соскучился по тому миру, по вкусу, цвету и запаху… Гордость не дает мне принять проклятие и стать бесом, но в такие дни я все сильнее начинаю сомневаться…
— Если я могу подарить тебе второй шанс и новый мир, только попроси.
Снова засомневавшись, Влад развел руками. Сколько лет они препирались об этом?.. Для Кары и вопросов не было: Влад заслужил себе не еще один, а как минимум десяток таких шансов.
— А тебе бы пошли рога, — хмыкнул Ян, неожиданно появляясь за их спинами. Шаги инквизитора были по-кошачьи осторожными и неслышными; он поравнялся, кивнул Каре с улыбкой, но явно рад был ее видеть здесь, сидящей рядом с Владом и всеми силами пытающейся его подбодрить.
— Всегда знал, что у тебя есть пара фетишей, о которых ты просто не рассказываешь, — добродушно ухмыльнулся Влад. Он потянулся, отстраняясь от края, хрустнул шеей. — Если и захочу стать бесом, ты первым об этом узнаешь, обещаю. И я… да, больше всего хочу быть обычным живым человеком. Может, начать надо с праздника…
— Нас там ищут, — поддержал Ян с надеждой. — Еще не все тебя поздравили… Они ведь от чистого сердца, Влад, Вирен там что-то хотел подарить, а торт Ишимки просто нужно видеть.
— Торт, — оживилась Кара. — Это очень интересно.
Кивнув, Влад встряхнулся, помотал головой:
— И впрямь, что-то я… Невежливо заставлять всех ждать. Да и так вы для меня размахнулись! Для меня никто такого не устраивал, — признался он. — Жалко, Рак не заглянул… Полагаю, он бы долго меня подъебывал про преклонный возраст.
— Кораку около восьми тысяч лет, я слышала, — подсказала Кара. — У него свои причуды со временем.
Влад хмыкнул: запомнил. Казалось, более шумно уже стать не могло, но с появлением его в зале праздник будто бы приобрел второе дыхание. Оставшись ненадолго на балконе, Кара наблюдала, как Ян вытягивает из пачки сигарету.
— Спасибо, — шепнул он, ненадолго касаясь ее руки. — Всегда с ним так: раз в год накатывает. Нет, пожалуй, целых два: еще в день смерти.
— Ерунда. Если нужно будет еще подработать семейным психологом, зови, я всегда рядом и рада помочь! — Кара от души хлопнула его по плечу, едва не сваливая с ног, потом поспешила обратно к Гвардии, но обернулась, задиристо подмигивая: — Если не поторопишься, тебе не оставят ни глотка твои же солдаты. И Войцек им поможет.
========== — сегодня какой-то праздник? ==========
Комментарий к — сегодня какой-то праздник?
#челлендж_длялучших_друзей
тема 10: взаимодействие в быту/повседневность
просто зарисовка, где Кара приходит в гости попить чай. и все.
Каждый раз, когда Каре во Дворце становилось тоскливо и тошно от кучи бумажной работы, она наведывалась в свою старую квартиру на окраине Столицы. Пятиэтажка с проходящими годами, казалось, косилась на правый бок все сильнее, побелка слетала, обнажая ржавые пятна кирпичей, но Кара любила этот дом. Любила его неопрятные лестницы, расписанные кем-то стены — на них можно было прочесть фразы и на русском, и на английском, и на архидемонском. Любила крышу, на которой можно было лежать, глядя в красноватое небо.
Здесь ее всегда были рады видеть. Защитное заклинание, выцарапанное на двери, слабо вспыхнуло красным, когда Кара взялась за прохладную ручку, и дверь широко распахнулась. Ее встретил ветер, вдаривший в лицо: как и обычно, были распахнуты окна; в квартире было прохладно, с кухни пахло чем-то вкусным. Домашний уют накрыл ее с головой.
— Влад? — позвала Кара, заглядывая в гостиную. — Ян? Кто-то есть дома? Я пришла вас ограбить!
Колыхался легкий тюль на окне; на диване были свалены какие-то тряпки и книги. На полу прямо под ногами Кара увидела странную мешанину бумаг и фотографий — глянцевых, принесенных из мира людей. На них она рассмотрела точно то, на что рассчитывала: окровавленные тела в поломанных позах. Следующей попалась какая-то вырванная страница, выглядящая на пару сотен лет древнее остального барахла, пожелтевшая от времени и изображающая на редкость уродливую тварь. Заинтересовавшись, Кара наклонилась…
— Только не трогай, — громко попросил Влад, появляясь за ее спиной буквально из ниоткуда, — Кара едва не схватилась за револьвер. — Инквизиторство что-то раскладывает, думает, Шерлок недоделанный. Помнишь, я рассказывал про убийства?
— А где он?..
— Там кое-какие вопросы к отчету, он мотнулся в Питер, через полчаса будет, — уверенно сказал Влад. — Случилось чего? Мы нужны? Если что, можем собраться и ехать, куда укажешь, без проблем.
— Да нет… — неразборчиво пробормотала Кара, следуя за ним на кухню. — Я просто соскучилась. Поговорить захотела, ну, знаешь, просто поболтать по-семейному…
Внимательно следя за реакцией Влада, Кара пыталась подгадать момент, когда он начнет насмехаться, чтобы замолчать, но тот пожал плечами. Метнулся к плите, где в кастрюле что-то демонически кипело, загромыхал кухонным шкафчиком.
— Конечно. Заглядывай почаще, нам тоже бывает скучно, несмотря на ебучую работу. Ты будешь чай или чего покрепче?..
И вот Кара сидела, цедила обжигающий зеленый чай («инквизиторство жрет кофе, но иногда я ему подсовываю!») и молча вникала в бодрый треп Влада. Он готов был рассказывать про что угодно: про Петербург, про Инквизицию, про их роту в Гвардии, солдат из которой Влад нежно кликал «чертями». Слушая его, развалившись на лавке, Кара наконец почувствовала себя дома. Чай остывал, чадя паром; она грела руки о чашку. Сквозь окно в маленькую кухоньку врывался гомон столичных окраин.
Хорошо они тут устроились, душевно. Чайник на подоконнике, какая-то мелочевка, красные наливные яблоки в вазе, как будто ненастоящие — такие красивые. Кружки с нарисованными цветочками сушились над раковиной. Влад что-то насвистывал, помешивая свое варево на плите.
И, наверное, задумалась Кара, дело было не столько в этих стенах, оклеенных старыми бежевыми обоями в истершийся цветочек, не в том, что она сама когда-то здесь жила, пока не пристукнуло высокими званиями и необходимостью выглядеть в соответствии с ними, — оно было не в том, что она пила чай и что покрепче — второе гораздо чаще — за этим столом сотни раз, что тоже готовила на этой плите что-нибудь простенькое и не особо вкусное, что в гостиной валялась на диване после долгих трудных дней. Дело во Владе. В таком обычном, домашнем, человечном, в этой великоватой ему футболке с кривой красной надписью «Is there sex after death?», с взлохмаченными волосами и счастливой, немного мальчишеской улыбкой. Готовит что-то, суетится, отдыхает после работы…
Влад наклонился к духовке, открыл ее. В любопытстве Кара привстала, пытаясь рассмотреть, что там у него, но уже почуяла дразнящий сладкий запах. Он напоминал об Ишим — та, как выдавалась свободная минутка, всегда готовила что-нибудь вкусное, пробовала новые рецепты… Усмехаясь, Кара собиралась что-то сказать.
— Даже не вздумай, а то не дам попробовать, — пригрозил Влад, размахивая у Кары перед носом ножом. — Я, правда, не уверен, насколько оно сносно получилось. Хочешь быть первой жертвой?
Кара свистнула вилку из подставки с приборами, помучилась в сомнениях, рассматривая отрезанный ей кусок пирога, подступаясь к нему с разных сторон. Попробовала. И оказалось на удивление хорошо, вкусно, от хрустящей корочки до мягкого теста. Она могла различить привкус яблок, а еще чувствовалась легкая, приятная кислинка…