– Я еще не видела дракона… – пробормотала Уберия.
Она меня рассмешила. Усмехнулся даже падир Брегон, а Олтц сморщил брови и коротко фыркнул.
Потом, время паники и время веселья миновало. Падир Брегон забрал фляжку и намочил свою одежду. После этого он отдал ее Уберии, взглядом приказав сделать то же самое. Та ничего не сказала, а только смочила одежду, протерла мокрыми ладонями густые волосы и спрятала их под шлем.
Немного погодя, наша ватага, пригнувшись, уже кралась дальше. За поворотом мы нашли еще одну стрелу. Обычно, первая стрела была возле лошадей и означала, что сетевые на месте. Вторая, находящаяся к логову дракона ближе, для того чтобы не терять его надолго из вида, давала дополнительную информацию. Третья появлялась если сетевые хотели что-то добавить не очень важное. Она втыкалась совсем близко от логова, так, чтобы отбежать на пару минут от засады и сразу же вернуться обратно.
Третья стрела – красный шнурок, голубой и два зеленые… “Опасность. С нами все в порядке. Могут быть какие-то неожиданности”
– Что это означает? – прошептала Уберия. – Скажите…
У меня появилось желание сказать ей что-то вроде: “Получается, вопреки моим приказаниям, знаков по ночам ты не учила. А чем же тогда занималась?”
Ничего я не сказал, а лишь, не скрываясь, отпил из фляжки. Мастер сделал вид, будто этого не заметил. Я проверил свои ножи. От одного уже шел кислый дымок. Брегон нагнулся и подозвал остальных.
– Греда и я встанем перед пещерой, – шептал он. – Уберия – правое крыло, если смотреть на пещеру, то справа. Олтц – левое. Помните: вы должны встать так, чтобы случайно не подстрелить меня или Греду.
“Помните”?! Он должен был сказать “помни”. Олтц, что бы о нем не говорили, таких ошибок до сих пор не допускал.
Я помахал рукой.
– Нет, с Гредой пойду я. Ты, мастер, тогда, сможешь стрелять сверху и будешь видеть всю ситуацию как на ладони.
Брегон некоторое время смотрел ничего не видящим взглядом перед собой, прикидывая различные варианты, но в конце все же кивнул, и уклончиво сказал:
– Хорошо, там будет видно. Ты пойдешь слева. Старайся попасть в крылья. Он тогда обязательно повернет голову к раненному месту… – говорил он это, ясное дело, Уберии. – Должна соответственно видеть, что происходит с мечниками, куда им удалось воткнуть клинки: тогда тебе может открыться Пятно Сагрегона, – немного помолчав, он промолвил. – Но, хорошо – начинаем…
Пройдя несколько шагов, мы увидели на скале стрелку, оставленную небрежным и быстрым прикосновением к камню конца смолистой ветки. Двинулись в указанном направлении. Тропинка, обманчивая словно мысли неверной жены, препроводила нас в глубокую расселину, такую узкую, что приходилось ставить ноги одну за другой. Каждому, для того чтобы не потерять равновесие и не упасть на бок, пришлось опираться на руки. Прежде чем расселина расширилась, я порядком вспотел.
Интересно, как тут Санса и Муел протащили свою сеть?
Падир Брегон шел теперь медленнее, по неким, только ему известным приметам, скорее всего – по запаху определяя, в какой стороне находится логово дракона. Некоторое время спустя обычный в таких местах запах почувствовал и я – что-то похожее на скисшую хлебную закваску с примесью паленого пера и свежего куриного дерьма. Я глубоко его вдохнул, но вовсе не потому, что люблю запах дракона, а просто у меня вдруг сильно забилось сердце, словно при виде сисятой, моей первой и на долгое время единственной подружки. Я осторожно помахал руками, и несколько раз, почувствовав, как тихо щелкнули суставы, согнул и распрямил пальцы. Ущелье неожиданно расширилось, но тут же, словно засомневавшись, в какую сторону нас вести, свернуло сначала направо, а потом налево. Мы увидели на скальной стене еще одну стрелку – вверх. Так и должно было быть. В скале находилась пещера, а перед ней – огороженная каменным заборчиком, площадка. Тут мы и должны были убить чудовище. Драконы, они не такие уж мудрые, как все думают. Будь они действительно умны, то ни за что не селились бы в пещерах, перед которыми есть удобное для сражения место. Они бы выбирали обиталища там, куда никто иной не мог попасть. Разве что случайно, когда они соберутся позавтракать коровой или кем-то другим. Девушкой, например.
Мастер неожиданно согнулся, и у него щелкнуло в коленях. Оглянувшись, он улыбнулся и принялся карабкаться по каменному склону. Подождав немного, я отцепил фляжку и, положив ее на землю, показал Олтцу на стену. Тот натянул потуже свои дурацкие перчатки с отрезанными пальцами и отправился вслед за мастером. Следующим поднимался я. На Уберию я не глядел и помогать ей не собирался. В няньки я не нанимался, шашни с ней не заводил, поэтому о сохранности своего пышного тела для падира или кого-то иного она должна была позаботиться сама.
Тут я мысленно выругался. Сейчас надо было думать не об этом, а лишь о работе.
Неожиданно Олтц остановился. Очевидно, мастер перестал двигаться вверх. Заглянув сбоку, я увидел, что ноги падира исчезают за краем скалы. Олтц последовал за ним. Я тоже поднялся выше, однако, подобно арбалетчику, не торопился забраться на площадку. Сначала высунул голову и внимательно огляделся.
Логово дракона не отличалось ничем от других, виденных мной ранее. Отвесная скала, на которую могла бы взобраться лишь улитка или взлететь муха. Перед входом в пещеру была каменная площадка, кое-где на ней виднелись пятна голой темно-бурой почвы. Дракон – вопреки утверждениям Маждера Каседелия, а особенно его сына – Маждера Облитоса, который вроде бы четыре месяца назад первым его увидал – поселился здесь совсем недавно. Я им тогда не поверил. Уж слишком у сынка были хитрые глазки. Впрочем, уличать его во лжи не имело смысла – его отец платил нам за избавление от чудовища и, значит, имел право на помощь в повышении общественного авторитета своего сынка. А еще, как мы в этом убедились, он намеревался – так, на всякий случай – при помощи “мага” избавить дочку от угрозы стать жертвой дракона.
Стоп, снова мысли о чем-то другом. Хватит!
Я еще раз оглядел площадку.
Экскрементов было не много. Драконы не каждый раз испражняются перед своей пещерой. Однако того, что я увидел, особенно несколько не растоптанных самой тварью куч, хватило, чтобы я едва не присвистнул. Напоследок судьба послала мастеру настоящего Дракона! Очень большого. Гигантского.
Было тихо. Чудовище вроде бы сидело в пещере. Вроде бы? Наверняка. Иначе сетевые не висели бы на своих веревочных люльках чуть выше ее устья. Между ними горизонтально висела свернутая в рулон сеть. Одно движение руки, ну, может – двух, поскольку они должны это сделать одновременно, сеть высвободится и упадет на дракона. Лучше всего – на его крылья.
Оба сетевых одновременно подняли руки и показали раздвинутые пальцы. Это означало, что все готово и дракон в пещере. В подтверждение этого из темного отверстия пещеры до нас долетел выразительный шорох. Тут Муел помахал рукой, пытаясь привлечь наше внимание. Потом он показал на кучку экскрементов и широко раздвинул руки.
Ну да, огромный дракон. Мы уже знаем. Неплохо.
Я перевалился через край площадки. Олтц, пригнувшись, передвинулся влево от входа в пещеру. У Уберии подвернулась нога, она ударилась коленом о камень и, зашипев от боли, двинулась вправо. Падир Брегон спустился с каменного барьера. Я отправился вслед за ним и, сделав несколько шагов, увидел за огромным камнем Греду. Тот глядел вверх. Лицо у него было необычное – широкое, словно полная луна, однако губы, нос и глаза были сдвинуты к его центру, словно бы что-то их друг к другу притягивало, словно бы они перескочили на его лицо с чужого, меньшего.