«Ну, вот посмотри, что ты наделал», — подумала Трис Браяру, забыв, что его разум для неё закрыт. «А я ведь только-только его успокоила».
— Держи, старик, — сказал Браяр, наливая в чашку немного успокаивающего кордиала, который он давал Жэгорзу в особо тяжёлые моменты. — Пираты были семь лет назад, и они совершенно точно мертвы. И это её рук дело.
— Ты помогал, — отрезала Трис. — А также Сэндри, и Даджа, и наши наставники, и каждый маг в Спиральном Круге. И ты же знаешь, что мне не нравится, когда кто-то снова рассказывает эту историю.
Браяр проигнорировал её:
— Она сделала это с помощью молнии, — сказал он своему гостю, закупоривая бутылку пробкой. — А когда мы только приехали в Данкруан? На Сиф рыболовные суда были в опасности от бури, но вот эта Меднокудрая наслала один ветер, который задул их домой, и второй ветер, который съел бурю. Ей нравится спасать людей. Так что не нужно себя накручивать. Ты оскорбишь её чувства, давая ей думать, будто она не может тебя защитить.
— Она не защитила тебя, где бы ты ни был, в том плохом месте, которое тебе снится, — указал Жэгорз. Кордиал он выдул так, будто это был стакан противного отвара.
«А я-то думал, что сделал эту штуку приятной на вкус!» — с отвращением подумал Браяр, пытаясь не обращать внимания на слова безумца. «Надо было дать ему противный отвар, а не то, над чем я так корпел».
— Оно тебе всё время снится, — настаивал Жэгорз. — Ты мечешься, и ворочаешься, и кричишь про кровь, и Розторн, и Эвви, и Луво.
Трис посмотрела на него, подняв свои светлые брови.
Браяр собирался было сказать им обоим, что его сны их не касаются, но что-то было такое во взгляде Трис. Он и забыл об этой её стороне — о том, что он всегда мог рассказать ей самые страшные вещи, и она никогда не смеялась, не была шокирована, и не отдалялась от него.
Браяр осел на пол, прислонившись к камням, обрамлявшим камин. Камень был тёплым, а огонь уютно потрескивал под ухом.
— Император Янджинга попытался завоевать Гьонг-ши, — наконец пробормотал он. — Мы были при дворе императора, когда услышали об этом, и мы ударились в бега — Розторн, Эвви и я. Тогда мы и повстречали Луво, направляясь в Гьонг-ши с предупреждением. Луво — это… существо, Жэгорз. Он теперь живёт с Эвви.
— Материнский Храм Живого Круга, — прошептала Трис. — Он в Гьонг-ши. Его почитают все остальные храмы Круга. Это — первый и самый старый храм Круга.
Браяр кивнул. Жэгорз сполз с кровати, чтобы тоже усесться на полу, прислонившись к кровати. Похоже, он так хотел поддержать Браяра. Чайм, весь ужин обвивавшаяся вокруг шеи Трис, подлетела к Браяру, и устроилась у него на коленях. Он погладил маленькое существо, ощущая её прохладную поверхность под своими ладонями.
— Так что мы пробивались в Гьонг-ши, а потом бились с императором, а потом вернулись домой, — прошептал Браяр, закрыв глаза. — По сравнению с этим пираты тихо курят в углу, Меднокудрая. — Расстраиваясь, он скатывался обратно на жаргон улиц, которые он покинул семь лет тому назад. — Вся округа была в огне, или по крайней мере так казалось. Мёртвые… повсюду. Армия императора растянулась по дорогам на мили, и им было плевать на жителей земель, по которым они маршировали. Так что да, мне это всё время снится. Я буду в порядке.
— Когда доберёмся до дома, ты пойдёшь к целителю разума, — твёрдо сказала Трис. — Я слышала об этом. Люди, которые прошли через что-то ужасное — это оставляет невидимые глазу шрамы. Шрамы приносят боль, поэтому люди видят сны, и огрызаются на тех, кто делает что-то, что кажется им жалким по сравнению с их ужасами. Иногда они видят и чуют запахи, будто всё повторяется снова.
— Так что же, я — какой-то рыдающий сопляк, который бежит к маме, потому что приснился плохой сон? — грубо спросил Браяр, но глаз не открыл. — Искать носовой платок, куда бы я ни пошёл, чтобы люди сочли меня трагичным и интересным?
— Если бы шрамы были на твоём теле, разве ты вообще стал бы задавать мне такие вопросы? — парировала Трис.
Наступила длинная пауза. Затем Жэгорз нерешительно произнёс:
— Она права.
— Она почти всегда права, когда дело касается других людей, — мягко ответил Браяр. — Мне ещё повезло. Сейчас она ещё ласковая. — В магии, которую они разделяли, он сказал: «Мне тебя недоставало, Меднокудрая. Будь ты там, с нами, мы могли бы завоевать Янджинг».
Она опустила взгляд, её тонкие свисавшие вниз косы не могли полностью скрыть её лёгкую улыбку. Она неуклюже отмахнулась от него рукой.
Браяр подождал, пока не удостоверился, что снова взял себя в руки, прежде чем поднять взгляд на Жэгорза: