Трис фыркнула:
— А я — Королева Островов Битвы. Нет, дело не в Амбросе. Ты разве не видишь? Чем старше ты становишься, тем больше записей — больше налогов, и большее число налогов напрямую от престола. Сначала налоги с тебя брали четыре раза в год; потом — шесть; потом в этом году налог взимали дважды… Твой кузен такой же упрямый, как и ты.
Сэндри моргнула, глядя на Трис:
— Тебе следует стать пророчицей, туману напускать ты уже научилась, — пожаловалась она. — Да говори ты прямо, Трис.
Та закатила глаза:
— Она зачем-то пыталась опустошить его кошелёк. Наверное, чтобы он не мог посылать тебе каждый год одну и ту же сумму, потому что только она не меняется. Он крутился, урезал расходы, но эта сумма всегда оставалась одной и той же, даже в последние три года, когда он всё остальное урезал до минимума. А вот — нынешний год. Имперские налоги собирали только раз, хотя в прошлом году к этому времени собирали уже трижды. Готова биться об заклад, он тебе ни слова не сказал, так ведь?
«Он посылал мне налоговые отчёты, чтобы я увидела сама», — со стыдом подумала Сэндри. Она знала, почему записи за этот год так отличались. Она воспользовалась услугами магов, чтобы передать на север весть о своей поездке в Наморн в конце весны.
— Как только она узнала, что я еду, она перестала облагать эти земли такими налогами, — прошептала Сэндри. — Почему он ничего мне не сказал? Я просто полагала, что он со всем справляется.
— Для него это — вопрос гордости. — Они обернулись. В дверном проёме стояла Элага. — Он считал, что ты сочтёшь его плохим, не справившимся управляющим, если он не сумеет сделать тебе выплаты. Я молила его дать тебе знать, что твоих людей заставляют расплачиваться за твоё отсутствие, но… — Она пожала плечами: — Он — ещё один упрямый ландрэгский мул.
— Дом Ландрэг разводит самых лучших мулов! — с уязвлённой гордостью воскликнула Сэндри.
— Да, — сухо ответила Элага, глядя ей в глаза. — Полагаю, это благодаря тому, что животноводы имеют с этими мулами некоторые общие черты.
Сэндри услышала писк, который можно было принять за сдавленный хохот Трис. Она обернулась, чтобы зыркнуть на сестру, затем вспомнила что-то, увиденное ею в книгах. Она схватила том, содержавший счета за прошлый год, и начала поспешно его листать, на этот раз замечая множество перечёркнутых статей расходов, что означало их отмену. Она остановилась на одной из них, озадачившей её. Перечёркнуты были слова «укладка/камни/плиты — ремонт Пофким». Она поднесла тяжёлую книгу Элаге, и показала ей запись о Пофким.
— Что это должно было быть? — спросила она.
Элага вздохнула:
— Ты ещё не видела Пофким. Это на северо-западной границе, в предгорьях. Два года назад из-за наводнения одни дома оказались разрушены, а в другие потеряли устойчивость. А ещё поменялась вода. Они смогли вырыть только один новый колодец, а нуждались в трёх. Они справляются… Мы помогаем как можем, но…
— Он посчитал, что обязан был сделать мне выплаты, и императрица подняла налоги, чтобы вернуть меня. Не понимаю, — пожаловалась Сэндри. — Как это могло заставить меня приехать?
— Землевладелец может просить имперские суды об освобождении от налога, — ответила Элага. — Только землевладелец. Наморнская корона имеет долгую и гордую историю попыток держать своих дворян на коротком поводке.
— Так Сэндри попросит о налоговых льготах, и потом сможет вернуться домой, в Эмелан, — предложила Трис.
— Можно просить лишь об освобождении от конкретного налога, — ответила Элага. — Как только Сэндри уедет, Её Имперское Величество просто придумает новые налоги.
Сэндри уставилась на неё, раскрыв рот:
— Но… я же никогда не смогу вернуться домой, — прошептала она. — Она будет держать меня здесь, даже против моей воли. — Она вдруг нахмурилась, в её груди разгорелось жаркое пламя. «Терпеть не могу тиранов», — с яростью думала она, «а Берэнин — тиран, каких поискать. Так что, она заставит меня остаться здесь? Вот уж нет! Даже если мне придётся пойти по миру, чтобы выплатить её дурацкие налоги, я так и сделаю. Она больше никогда не будет карать моих людей, и она не заставит меня подчиниться!»
Она сделала глубокий вдох, затем выдохнула. «Если бы Трис на моём месте так взбеленилась, то в комнате все нитки бы завязались узлом», — с гордостью подумала Сэндри. «Но я-то свой норов держу в руках».
— Я хотела бы завтра съездить в Пофким, чтобы лично оценить ситуацию, — заносчиво сообщила она Элаге, задрав нос. — Не могла бы ты, пожалуйста, отдать соответствующие распоряжения?