На улице начинало понемногу темнеть – день слишком быстро прошел за пустыми разговорами. Хоть мне было приятно встретиться со старым знакомым, мне жутко травило душу отсутствие возможности что-то сделать. Когда Тана в третий раз покружившись по комнате, зашла в ванную, чтобы поулыбаться своему отражению, я не выдержала, решив немного отрезвить ее. Но сказать так ничего и не успела: на браслете высветилось сообщение с высокой важностью, в котором было всего три слова: «Срочно спускайся вниз». В правом углу красовалась фотография профиля Юийо.
– Вот же вашу ж…
– Ты решила все-таки пойти? – девушка выглянула из ванной.
– Своих дел хватает. Веселись, – я махнула ей рукой уже закрывая дверь.
Пулей пролетев лестницы и холл, я оказалась на улице и тут же заметила стоявшего возле ступенек Юийо, который разговаривал с высокой девушкой в блестящем желтом костюме. Заметив меня, парень махнул рукой, и она обернулась на меня, с любопытством прямо рассматривая с ног до головы.
– И что стряслось? – кивнув незнакомке, я обратилась к студенту.
– К делу без лишних слов! – воскликнула девушка, протягивая мне руку. – Илая. Руководитель студорга. Я составлю тебе компанию на этот вечер.
– А?
– Не переусердствуй, – вмешался Юийои повернулся ко мне. – Слушай, она сможет провести тебя в архив без проблем… как мы думаем.
– Серьезно? Ты мне только сегодня сказал, что это невозможно.
– Жизнь быстро меняется, – Илая не давала ему и слова сказать. – Просто меня не было при вашем разговоре.
Мне нечего было сказать этой девушке, но у меня появились вопросы к школьному приятелю, которого я все-таки решила отозвать на пару слов. Илая не сопротивлялась, продолжая с улыбкой наблюдать, за проходящими мимо студентами, словно собиралась не академический устав нарушить, а на праздник сходить.
– Слушай, – Юийо не дал мне даже начать, – я знаю, что это выглядит не очень, но она точно может помочь.
– А что изменилось за эти несколько часов? – я не сводила взгляда со странной девицы. – Не похожа она…
– Илая… своеобразная, конечно, но она может помочь тебе с твоим запросом.
– Ты ей все рассказал?
– Да мне особо нечего было рассказывать… Ви, ты мне не доверяешь?
Я поморщилась. Вопрос звучал неприятно, короткое обращение тоже. Изнутри противный мелким червем меня подъедало недоверие к ярко-желтому улыбающемуся пятну. маячившему на краю поля зрения. И вместе с тем, желание добиться правды и наконец найти так нужную информацию подталкивало меня вперед.
– Я не склонна доверять абсолютно незнакомым людям, которые с таким энтузиазмом зовут меня нарушать правила.
– Ты противоречишь сама себе. Со мной ты была готова идти.
– Во-первых, я не знала, что там строгая защита, во-вторых, я тебя достаточно знаю.
– Ну, так я нашел человека, которому ты можешь верить.
– Думаешь, она не захочет подставить постороннего студента? – я вопросительно подняла брови.
– Она не волевик, ей это ни к чему. Тем более, что… она должна мне кое-что, так что она сделает все в лучшем виде.
Мне казалось, что я могла довериться Юийо, но девушка мне доверия не внушала совершенно. Так легко согласиться, пусть даже под шумок скандала, пусть даже за спиной магистров – неожиданно затея показалась мне куда более рисковой, чем раньше. В собственном архиве информации не было, мама ничего найти не смогла. В этом архиве тоже может ничего не быть. А если поймаю – исключения мне не избежать. Это было куда серьезнее.
Я перевела взгляд на здание гостевого корпуса, пытаясь собрать разом разбежавшиеся мысли. Восстановиться отец мне просто не позволит, да и вряд ли хоть какая-то академия возьмет к себе такого проштрафившегося студента. Тогда меня с удовольствием запихнут в Железку или еще какую-нибудь академию с военным уклоном, и не видать мне свободы еще много лет. И волю потом мне тоже не ощутить.
Вспотевшие ладони сжали ткань штанов в карманах. На карту встало слишком много. И все ради того, чтобы доказать свою правоту? Выиграть дурацкий спор? Увериться в своей догадке? На мгновение все смыслы и причины показались такими бледными и незначительными, что вся моя решимость дрогнула. От этой мысли меня затошнило. Я устала отступать и принимать поражения будь то учеба, или семья. Я устала сдаваться и сомневаться в каждом своем действии, потому что воля не давала мне жить спокойно.