Обогнув очередные густые колючие заросли, Азори сделала несколько шагов и остановилась. Мы оказались на небольшом расчищенном участке, который упирался в широкий ручей. Трава слегка поблескивала, пахло сыростью, словно не так давно здесь прошел дождь.
Капитан команды обошел нас и, забрав у девушки карту, сверился с маршрутом, пока остальные разошлись по небольшой полянке, осматриваясь и переговариваясь. Я осталась стоять на месте, обшаривая взглядом противоположный берег: до него было метров семь-восемь, а то и больше, но в отличие от места нашей стоянки там сразу начинался лес, который уже сейчас казался черным. Конечно, чисто теоретически, можно было бы перепрыгнуть такое расстояние, используя силу воли, но я не была уверена, что ее хватит на всю ширину ручья.
– А путь-то прямо через воду идет, – вздохнул Кортер, усаживаясь на землю и продолжая изучать линии на голограмме. – Эй! А тут дополнительное сообщение…
Во всю ширину экрана развернулась надпись:
«Внимание! Возможность получить дополнительные баллы!»
– И все? – лицо Гамма-студента вытянулось.
– Ну, здорово! – всплеснула руками Дзета-студентка. – Пояснения? Да кому они нужны!
– Может, нужно как-то конкретно перейти на тот берег?
– И что нам теперь плыть что ли?
– Вода ледяная, – подал голос Дзета-студент, опуская руку в ручей. – Да и холодает уже. Замерзнем.
– И никакого моста? – пискнула его девушка, оттягивая парня подальше от водяного препятствия.
– Нет, – стоявшая у самой кромки воды Азори покачала головой. – Ни с одной, ни с другой стороны никаких намеков на мост.
– Может какие-нибудь камни…
– Ты глухой? – отозвалась Тета-студентка. – Никаких намеков!
– Только не начинайте снова, – оборвал их капитан команды, сворачивая карту. – Предлагаю направить ваши силы на генерацию полезных идей.
Пока они спорили, отметая одно предложение за другим, я подошла к Азори, которая, присев на корточки, что-то чертила на земле тонкой палочкой. Во рту она держала травинку с пушистым кончиком, который мотался туда-сюда, пока она хмыкала и покачивала головой.
– Эй, может, поучаствуете в процессе?
– Чего тут участвовать, – Азори подошла к возмущенному Гамма-студенту. – Постройте мост из воли.
– Ты вообще нас не слушала? – тут же последовал возмущенный вопрос. – Мы не можем ручей остановить.
– Внешняя воля, придурок, – девушка отвесила ему подзатыльник. – Ты же сам сказал, что можешь создавать подпространство. Создай пустоту до того берега.
– Но пустота не даст нам твердого объекта, – возразил Кортер, прерывая Гамма-студента.
– Зато если ее заполнить мощной волей, пустота станет твердой оболочкой.
Меня осенило: именно такой ход использовал Аркадар, когда мы сражались против Таанга. Пустота, собирающая волю, становилась осязаемой и довольно-таки тяжелой. И как мне самой в голову это не пришло. Хотя, с другой стороны, в памяти не отложились даже имена вынужденных сокомандников, что уж говорить о степени владения волей.
– Все может рухнуть в любой момент, – задумчиво проговорил капитан. – Нужен довольно мощный поток силы, чтобы пустота стала твердым предметом и выдержала всех.
– Ты самый старший, – отозвалась девушка – Твоя сила воли наиболее мощная из всех доступных нам сейчас.
Пару секунд Кортер сверлил ее взглядом, затем кивнул и отозвал Гамма-студента к воде. Парочка из Дзета отошла к деревьям, а Азори вернулась к своему рисунку, вновь усевшись на землю. Невольно мой взгляд проследовал за ней, пока девушка снова начала чертить что-то на земле. Годы тренировок и общение с охранниками и военными выработали привычку определять противников по внешним признакам силы, однако в случае с волевиками все было куда сложнее. Далеко не каждый сильный волей человек выглядел физически крепким, порой даже наоборот. В прошлом году мне было тяжело определять потенциал сокурсников, однако последние несколько недель в компании представителей Высшей воли не прошли бесследно. Рядом с Азори чувствовалось что-то странное, неуловимое ощущение вибрации, от которой бежали мурашки по коже, стоило только задуматься над этим. Именно такое чувство преследовало меня, когда Таанг находился слишком близко.