– Так, быстро на ту…, – девушка осеклась, обернувшись к ручью.
Гамма-студент лежал без сознания, а от моста не осталось и следа. Выругались мы одновременно, а с того берега доносились крики Дзета-студентов.
– Вот что с этим делать? – Кортер начал поднимать тело студента.
– Приготовиться к жесткой посадке! – выпалила Азори, обернувшись на вновь появившееся на краю поляны синее пламя.
– Что?!
Вместо ответа она махнула рукой, и парней отнесло на тот берег так же резко, как и животное из воли. Сделать новый рывок девушка не смогла: я едва успела вытащить ее из-под удара огромной лапы. От следующего молниеносного замаха нас спас водяной щит Кортера, но тут же пришел удар со спины: огромный хвост обрушился на нас, отбросив в стороны кустов.
Колючие ветки нещадно прошлись по лицу, пока я спешно выпутывалась из зарослей, Азори где-то рядом завизжала и выругалась, сбрасывая горевшую форменную куртку.
– Ты!
– Не мешай!
Девушка пролетела мимо меня, отпихнув в сторону, на ходу что-то формируя в своих руках, однако от полупрозрачного сгустка зверь увернулся, каким-то чудом не отбросив студентку ударом хвоста. Она проскочила ему под лапы и зверя тут же подбросила над землей метров на пять. Вот только учитывая его размеры, это было не такое уж большое расстояние. Приземляясь, противник едва не раздавил Азори, но она отскочила в мою сторону, и я тут же бросилась к ней.
– Я сказала, не мешай мне!
Один взмах, и меня снова приложило спиной о ближайший ствол с каким-то выступом. Поясница онемела, и тело мешком рухнула на влажную землю. Я с трудом перевернулась, зарывшись пальцами в траву, и приподнялась на окте, чувствуя, как немеет место удара. Сквозь расплывающиеся перед глазами яркие пятна можно было рассмотреть, как Азори металась под лапами зверя, пытаясь чбить его с ног, хоть и безуспешно. У нее под ногами и кое-где по поляне очагами загоралась трава – кто бы ни создал эту тварь, о лесном пожаре он беспокоился в последнюю очередь.
Вялое шевеление силы внутри едва позволяло стоять на ногах, мышцы левой ноги едва чувствовались, словно исчзели вместе с онемевшей частью спины. Тем временем попытки девушки одолеть противника стали больше походить на ленивую игру в кошки-мышки – Азори несколько раз потеряла равновесие, поскальзывалась и едва не упала, не успевая атаковать.
Такое огромное нечто мог создать только сильный волевик, вроде наших магистров. И такую волю можно победить лишь волей – едва ли тут поможет грубая сила. Даже воздушные волны Азори, хоть и являлись волей, но по сути были лишь тем же воздействием на уровне физики. Собственная беспомощность выводила из себя, пальцы сами собой сжались в кулак, царапаясь о кору дерева. Студентов здесь жалеть не собирались, это уж точно. И тот, кто создал этого кота явно должен был где-то рядом.
Эта мысль буквально щелкнула в голове, заставив меня осмотреться. В дрожащих отсветах синего пламени тьма за деревьями казалась еще глубже – нечего было надеяться увидеть там хоть что-то или кого-то. Вряд ли волевик сидел в кустах или на земле – с таким испытанием ему нужен был обзор и явно не издалека. Взгляд переместился на верхушки деревьев, но в темноте едва ли можно было рассмотреть там человека. Может быть, только если бы он начал шевелиться.
Если только его спугнуть.
Ощущая легкий прилив воли, я с трудом оторвалась от ствола, на который опиралась, и подхватив с земли обломок ветки, зашвырнула его со всей имеющейся силы. Та со свистом влетела зверю в шею, не оставив и следа. Зато заставив его обернуться.
– Что, забыл про меня?
– На мгновение показалось, что абсолютно белые глазницы сверкнули ярче. Очертания его расплылись, а через долюю секунду морда оказалась всего в метре от меня. Я едва успел пригнуться, когда над головой махнула тяжелая лапа, с треском сносящая ветки и тонкие стволы. Но этого было достаточно, чтобы соседние деревья подхватили пламя. Подпитанное волей, оно стало расползаться вверх по стволам и веткам, цепляя соседние.
Я начала отступать все дальше от источника огня, отвлекая внимание огромной кошки на себя, или, вернее, того, кто управлял ей, заставляя раз за разом поджигать все новые деревья. Не сразу стало заметно, что зверь понемногу меняется, все больше увеличиваясь в размерах, и все шире становился замах огромных лап. И все сложнее мне было избежать удара, а с болезненно пульсирующей спиной двигаться было тяжело даже с волей.