– Виэтрикс, – теплая рука опустилась на плечо, практически обжигая в океане леденящих душу мыслей, – нам же ясно сказали: пока мы учимся соглашение в силу не вступает.
– Ты сам только что сказал, что мы в шаге от этого, – голос неприятно дрогнул, в горле пересохло.
– Я не так выразился, – он выдохнул и взяв меня за второе плечо слегка встряхнул. – Расслабься, хорошо? Тебя не исключать приехали и не… все остальное. В этом году очень много сбоев в случаях с волевиками, да и в Играх тоже не все гладко со всеми этими сменами правил и этапов. Вполне возможно, что это и привлекло такое внимание со стороны такой важной шишки. А мы просто попались под руку, потому что именно нас занесло в тот лес.
– Тебе легко говорить, тебя не придавливало….
– Так, вы почему не в палатах?
От резкого чужого голоса я дернулась, и мы одновременно обернулись: на пороге стояла одна из врачей. Уперев руки в бока и сверля нас суровым взглядом, она выглядела пострашнее Трегта на тренировке.
– Нашли время миловаться, – в голосе невысокой женщины звенела сталь. – Только в себя пришли, уже черте что творят. Марш в палаты, живо!
– Мило… что? Нет! Дело не в этом…, – я попыталась возразить, но договорить она мне не дала.
– Да, знаю я, знаю: дело молодое, не терпит. Но раз уж сказано отдыхать, то отдыхайте, завтра всех отпустят и увидитесь еще.
Продолжая что-то приговаривать и не обращая внимания на мои попытки возразить, она проводила меня до палаты и ушла. Я плюхнулась на кровать и достала из-под подушки браслет, на который тут же пришли несколько уведомлений. Сообщения были от профиля, не присоединенного к моему, но палец случайно попал по кнопке открытия, и на полупрозрачный экран тут же вылетели три сообщения, состоящие всего из двух слов: «Извини меня». На фотографии профиля я узнала, раздражавшую меня Дзета-студентку.
– Не поняла, – вырвалось у меня, когда я обновила страницу и убедилась, что мне не мерещится.
Профиль был неактивен с того момента, как пришло последнее сообщение, поэтому я не стала писать ей ответ, решив, что завтра все само собой прояснится, если мы встретимся. А если и нет, то так будет даже лучше.
Однако, когда утром я открыла личные сообщения, диалога со студенткой уже не было, как и запроса на дружбу. Дважды перезапустив систему и перепроверив все несколько раз, я так и не нашла никаких следов того, что обнаружила вчера вечером. Но я ведь совершенно точно видела, не могло же мне присниться все это!
– Ты уверена в этом? – переспросил Аркадар, когда мы встретились перед выходом из медкорпуса. – Не смотри так на меня! Я же помню, что ты жаловалась на свою память.
– Я на нее не жаловалась, это окружающие постоянно ноют. Да, я может и забываю что-то, но ложных фактов обычно не придумываю.
– Обычно?
– Не придирайся к словам! Слушай, можно же проверить профиль на предмет удаленных сообщений, а?
– Вроде бы, не уверен.
Тем временем мы вышли на улицу, и я остановилась, прикрывая глаза от невыносимо яркого света. И дело было не только в солнце: нас окружали высокие ослепительно белые здания, на которые было больно смотреть после почти суток в здании. Панорамные окна со слепящими бликами не давали толком посмотреть наверх, и даже белые плиты, которыми были выложены дорожки, казались отсвечивающими. Академия Альфа, действительно, блистала в самом прямо смысле слова. Нас окружала белизна, лишь изредка тронутая серебряными геометрическими узорами на зданиях и форме встречавшихся на пути студентов. И на фоне всего этого ослепительного блеска, зелень лужаек, деревьев и кустов казалась еще ярче, но в то же время какое-то неестественной, словно преувеличенной, приукрашенной.
– Ослепнуть недолго, – услышала я бормотание Аркадара, который то и дело протирал глаза.
Не успел он договорить свою мысль, как на нас невесть откуда с радостным криком налетела Тана.
– Вы целы! – радостно обнимая нас за шею она даже подпрыгнула, кажется.
– Ты же еще вчера это знала, – выдавил парень, пытаясь не потерять равновесие. – Да и… Эй!
– Ой, простите! – девушка приложила ладони ко рту, пока мы с Аркадаром потирали лбы, которыми она нас случайно столкнула. – Я не специально, я просто.