Площадка больше напоминала спортивное поле, только без линий и сеток: большое, прямоугольное с несколькими рядами трибун и большим экраном, на котором шел обратный отсчет до начала поединка. Там же под экраном стоял наблюдатель: рослый свирепого вида волевик без опознавательного знака академии смотрел вперед перед собой, даже не взглянув на меня. Зато обратили внимание несколько человек, сидящих на трибунах – видимо, зрители со стороны моего противника. А точнее, противницы, которая сидела прямо на земле почти на другом краю поля.
– О, ты все-таки явилась! – девушка поднялась с земли и сделала несколько шагов вперед.
Она мне не понравилась. Сразу же. Было что-то отталкивающее в этих словах, в усмешке, во внешнем виде. Она не казалась мне опасной, но в то же время напряжение внутри росло все больше с каждым ее шагом. Взгляд невольно скользнул к экрану с обратным отсчетом и стоявшему под ним наблюдателем. Интересно, сможет ли он в нужный момент остановить бой?
Повязав форменную куртку на поясе, я глубоко вдохнула и выдохнула, готовясь к бою с абсолютно незнакомым противником. Последний раз в подобной ситуации мне приходилось быть на Ночных боях – каждый раз там был, как первый. Но если в своих физических силах я была уверена, то воля таким доверием не пользовалась. Тем более, что сейчас мое состояние совершенно не располагает к яркому проявлению эмоций, а ведь без них на волю даже, продвинутую я рассчитывать не могу.
– Неразговорчива, как и всегда, – девушка вновь привлекла мое внимание, остановившись на расстоянии нескольких шагов от меня.
– Мы знакомы?
Ее усмешка стала шире, а затем она резко развела руки в стороны, заставив меня дернуться. В следующую секунду в глаза ударил невыносимо яркий свет, появившийся словно из самой противницы. Отскочив в сторону, я прикрыла глаза рукой, пытаясь хоть что-то рассмотреть сквозь выступившие слезы, но ничего кроме белого цвета вокруг не было. Она же может напасть откуда угодно!
Слева послышался какой-то шум, заставивший машинально отодвинуться в другую сторону, но именно оттуда на голову обрушился удар, по чистой случайности смягченный выставленной наугад рукой. Вот только удар этот был какой-то странный.
Ослепление – свет – скорость. В голове мелькали какие-то разрозненные обрывки фраз, но ничего толкового в них не было. Противопоставить ослепляющему свету мне было нечего. Тупая пульсирующая боль в голове начинала усиливаться, и соображать было трудно. Думай, думай, думай! Что я знала о свете? Даркодная говорила, что это трудно контролируемая воля при высвобождении – свет часто рассеивается. Мраг был тому доказательством – его свет взрывался почти при каждом применении. Это не оружие разума точно!
Новый шелестящий звук с одной стороны и удар – с другой. На этот раз она с такой силой ударила меня в спину, что тело по инерции прокатилось по песку. Отплевываясь от него и поднимаясь, я чувствовала, как пульсируют болью сразу два места – она буквально пнула меня сразу двумя ногами! Наощупь смахнув песок с лица, я так и осталась сидеть на одном колене, пытаясь понять, откуда будет следующий удар. А она явно не торопилась добивать меня – всего три удара за почти две минуты маловато для этого.
Она не может вредить окружающим и смотрителю, и сама двигается уверенно, значит, воздействие сконцентрировано на мне. Каждый раз что-то шелестит… как сейчас!
Реакция не подвела: услышав шорохи с одной стороны, я повернулась в противоположную, получив удар ровно по плечу, но успев схватиться за одежду. Девушка выругалась, но через острую боль в руке, я смогла ухватиться крепче повалив противницу на землю. По-прежнему не видя ничего, кроме белого света, мне было сложно понять, что и как, зато совершенно точно было одно: я поймала девчонку за ногу. Вот только она почему-то начала подниматься вверх, и пару секунд спустя я буквально повисла в воздухе, держась только за постоянно дергающуюся ногу, под крики и громкие шелестящие звуки.
– Отпусти меня, идиотка! – она додумалась приложить меня второй ногой. – Пусти, я…
Зрение резко вернулось, и от неожиданности пальцы едва не разжались, зато я успела увернуться от второго опасного пинка. Площадка была в паре метров под нами, а вот рассмотреть, какого черта мы делаем на такой пусть и маленькой высоте, мне не удалось: при попытке взглянуть наверх глаза снова застилал мерзкий свет. Сложив в уме громкий шелест и высоту, я пришла к странному и невозможному выводу.