На фоне белоснежных стен он казался полуожившей статуей, сливавшейся с камнями вокруг. От спокойного, даже излишне неэмоционального лица по спине пробежал холодок. Не хотелось бы мне иметь такого преподавателя в наставниках – от одного взгляда становилось не по себе. Однако для нашего наставника этого явно было мало
– Не после сегодняшнего инцидента, – тут же ответил он. – Скопление силы вас не спасет.
Я нахмурилась и перевела взгляд на Рэма, но тот выглядел таким же недоуменным и тоже перевел взгляд на столкнувшихся магистров.
– Нарушители будут пойманы и предстанут перед судом, уж поверьте, – продолжал магистр Альфа. – Такие ситуации не смогут изменить существующий порядок вещей.
– Да ну? – Трегт сложил руки на груди. – И как же интересно эта ситуация пройдет мимо комитета и совета волевиков?
– Комитет в курсе и уже идет расследование. Задержали четверых нападавших, так что, думаю, охранные корпуса быстро восстановят порядок.
– Люди, – презрительно процедил Трегт.
– Не стоит недооценивать обычную силу воли людей, магистр.
Неизвестно, сколько бы продолжался этот спор, но к нам подошли двое охранников, один из которых хмуро разглядывал нас всех, а второй спешно копался в каком-то списке на своем экране.
– Магистр Аи-Рэм… Рам…
– Аи-Рам-Вейер, – Трегт фыркнул. – Это я.
Сквозь паршивое состояние на пару мгновений прорвалась усмешка и ее тень я заметила и на лице Рэма. Мужчины смотрели на нашего магистра снизу-вверх и оттого не смогли сразу скрыть свои выражения лиц при виде огромного даже по меркам волевиков человека. Магистра отозвали, а преподаватель из Альфа незаметно испарился, так что мы с Рэмом снова остались вдвоем, дожидаться новостей.
В который раз обновляя список сообщений, я получила уведомление от Лилиа: девушка просила заглянуть к ней, пока ее не выпустили из медкорпуса. И у меня не было даже мысли отказать ей. Впервые с момента летних соревнований я почувствовала желание узнать, как она и что с ней.
Однако, когда я оказалась перед закрытой дверью палаты, внутри что-то взбунтовалось и рука, потянувшаяся к ручке, застыла в воздухе. Я почти готова поверить ей, особенно, после случившегося сегодня, но могу ли? Никто не гарантирует, что сказанное ей было правдой, возможно, что она просто уже знает что-то о Высшей воле. Но вряд ли даже в этом случае она знает о том, что я знаю. Задумавшись я опустила руку, нажав на входную ручку, и дверь моментально подалась вперед, не оставив мне шанса избежать встречи.
– Я уж думала, ты не зайдешь, – Лилиа лежала на кровати, и на ее лбу красовался знакомый след от полуобруча регенератора.
– В смысле? – я нахмурилась.
– Ви, вообще-то в двери стекло есть.
Я обернулась и только теперь заметила небольшое квадратное окно в двери. И как я могла не заметить его? Лилиа слабо улыбнулась и глазами указала на кресло возле кровати.
– Тебе меньше досталось, да?
– Вроде того, – я пожала плечами, оглядывая маленькую палату. – Уж точно меньше, чем вам всем.
– Уже выяснили, то случилось?
– Очередное вмешательство в соревнования.
Повисло неуютное молчание. Я пыталась найти подходящие слова, чтобы вернуться к разговору, а она просто продолжала смотреть в мою сторону с таким видом, будто чего-то ждет.
– Ви, что случилось? – вдруг спросила она.
– Что?
– Ты игнорировала мои звонки и сообщения, личные встречи и даже случайные столкновения. А тут написала сама, и даже слушать меня начала.
– Я просто хочу точно знать, что было.
– Ну, я тебе уже почти все сказала, – она вздохнула и прикрыла глаза. – Потеря контроля над телом. И я была там не одна такая, понимаешь?
– Не особо.
– С некоторыми волевиками было что-то не так, Ви. Они теряли способность самостоятельно двигаться и действовать, а кто-то вообще терял сознание. Ты же помнишь свою противницу на втором туре финала?
Я только кивнула. Образ той девушки давно стерся из памяти, но сохранился момент, когда, едва выйдя на поле, она рухнула в обморок и больше не встала. А еще я помнила ее глаза. Несмотря на ее состояние, они были открыты и смотрели прямо на меня, пока ее грузили на носилки и увозили.