- Ты вообще рехнулась? – удивленно уставился на меня Петр. – Я сейчас Драгунскому звонить буду, а не Иванычу!
- Ну, ладно. Тогда я ничего обещать не буду. В конечном итоге, я законов не нарушаю, имею активную гражданскую позицию и немного медийную личность… Ой, как пальчики чешутся, какой-нить пост засандалить… про воскресшую бабушку… прямо название уже гамлетовское лезет: «мертв или не мертв, вот в чем вопрос!» - с каждым моим словом лицо Пети перекашивалось и наливалось яростью. Он молча достал телефон, потыкал пальцами в экран и приложил трубку к своему уху. Если звонит Драгунскому – будет скандал. Ой как не хочется…
- Добрый вечер, это Петр… Нет… Да… - «я тебя ненавижу!»: - прошипел Петя и протянул мне трубку.
- Здравствуйте, Иван Иваныч. Александра Получкина, как вы, вероятно, догадались.
- Добрый вечер, Александра. Будем торговаться?
- Будем! – улыбнулась я.
- Я слушаю.
- На Петровке есть подполковник один – Олег Евгеньевич Цитков. Он ведет следствие по серии убийств. Я хочу поучаствовать в расследовании.
- Хм… И вы забываете про бабушку?
- О чем вы говорите? Какая бабушка? Я и слова-то такого не знаю… в ближайшие недели две… - я подмигнула Пете.
- Три.
- Две с половиной.
- Ждите звонка. – без «до свидания» Иван Иваныч отключился, и я вернула телефон Пете.
Глава 6
После того, как Петя молча ушел, меня охватило легкое беспокойство. То, что Кирилл не корзинки плетет на своей работе, это я и так знала. И перед его отъездом мы договорились, что звонить он будет сам. Мало ли в какой неподходящий момент я могу выступить с лирическим отступлением в виде: «милый, я соскучилась». На все бытовые и организационные вопросы был оставлен целый список телефонов, к кому и по какому вопросу обращаться. А вот то, что Петр не наябедничал Драгунскому – это говорит о многом. Значит не хотел его беспокоить. Значит у Кирилла там все очень серьезно.
Я металась по кухне сжимая в руках телефон. Самое противное чувство – неведение! Что не знаю – то придумаю. А придумать я могу много. Я набрала номер «на крайний случай». В моем представлении, случай был действительно крайний. Своей бурной фантазией я за пятнадцать минут доведу себя до истерики.
- Добрый вечер, Иван Федорович. Это Саша Получкина, - произнесла я в трубку. Из динамика ответил приветствием бодрый голос генерала – начальника Кирилла. – Я немного нервничаю. У Кирилла там все в порядке. Он уже пару дней не звонил.
- И еще пару дней не позвонит… - задумчиво произнес генерал. – Не дергайся, Саша. У Кирилла все по плану. А когда позвонит, я надеюсь у тебя хватит ума не сообщать ни про соседку, ни про Петровку?
- О как! И вы уже в курсе!
- Естественно! Мне Драгунский нужен в полном здравии, физическом и эмоциональном. А с такой боевой подругой, как ты…, стабильный эмоциональный фон под большим вопросом. Так что – да! Я в курсе всего, что с тобой происходит. Играйся с маньяком, это меньшее зло из всего многообразия выбора.
- Ясно… не то чтобы вы меня успокоили…, но все же. Извините за беспокойство и до свидания.
- Всего доброго, Саша, - генерал отключился, а я так и стояла еще пару минут с трубкой, прижатой к уху. Кирилл жив и здоров. Это радует. Но почему так тщательно меня изолируют от Проновой? Прямо и на маньяков согласны, только к соседям не лезь.
Итак, Рыбинск! Коль уж мне пока не сообщили окончательное «да» по маньячному вопросу, я могу дистанционно позаниматься Проновой. Печёнкой чую, что корни этой истории уходят в родной город соседской семейки.
Считаем, – полгода они живут надо мной, плюс минимум месяц на покупку квартиры, плюс еще пару недель на ремонт и переезд, даже месяц можно заложить. Значит в Москве они уже восемь месяцев. Что-то серьезное должно было произойти в городе, примерно около года назад, чтобы целую семью ветром оттуда сдуло. И это что-то имеет федеральный масштаб! Не суетились бы ФСБшники так. Стоп.
А с чего это я решила, что они с Рыбинска? Только по документам и по словам Марии Антоновны? Не зря меня напрягло про отсутствие друзей в родном городе! Ох как ЛырБыр нужна! Вот кто с Проновой кудахтал по поводу и без. Схожу-ка я к ней, пока мне совсем кислород не перекрыли.
Я посмотрела на пакеты из супермаркета, отрыла в них любимую шоколадку, секунду поколебалась и понеслась к ЛырБыр, пока еще рамки приличия позволяют нанести вечерний соседский визит.