– Но они могли уметь перемещаться?
– Почему же нет, ваше величество? Что может один – может и кто-то еще.
Глава 3
Последняя сказанная Милоненой фраза запала мне в сердце. «Что может один – может и кто-то еще». Но раз так, почему этому «кто-то» не быть мной? И ведь имелся, определенно имелся шанс, что мои погибшие родные были как раз из тех самых воплоэнов, которые умели перемещаться! Другое дело, если бы служанка вспомнила их и сказала, что у них такой способности не было.
Мне очень хотелось попробовать переместиться, но как это делать я понятия не имела. Спросить бы у Гела, но тут было сразу два препятствия. Во-первых, они с Сашулей занимались сейчас возвращением из иных миров спасшихся воплоэнов. Даже когда бывали у перемещателя с находителем дни передышки, беспокоить Геламеона не хотелось. К тому же, и это было вторым препятствием, он бы сразу догадался, что дело тут нечисто, интересуюсь я неспроста. И пусть он не доносчик, но по долгу службы просто обязан был сказать королю о своих подозрениях. Нет, Геламеон не подходил для моего просвещения точно.
Решение нашлось быстро, как только собралась назад, в королевский дворец, приняв облик Анель и сменив платье. За мной, как всегда, прибыл влюбленный в меня кудрявый Перинеон. Залившись привычным румянцем, он церемонно поклонился и протянул мне ладонь. Но я, против обыкновения, не положила в нее руку.
– Подождите, мой друг, – улыбнулась я. – Вы не против, если мы немножко побеседуем?
– О чем? – испугался молодой человек, почти мгновенно из красного став бледным.
– Точнее, о ком, – сказала я. – О вас.
– Обо… мне?.. – пробормотал Перинеон, и я испугалась, не грохнулся бы он в обморок.
– Да, о вас, – поискала я глазами скамейку. – О вашей работе. Пойдемте, присядем, и я задам вам несколько вопросов, если вы не возражаете.
– Я не возражаю! Нет! – вспыхнули его глаза. – Расскажу все, что будет угодно вашему величеству.
Мы прошли и сели на деревянную скамью с вычурной чугунной спинкой. Я потеребила рукав черного камзола перемещателя, не зная, как начать разговор. И начала его с самого глупого вопроса, какой только можно придумать:
– Перинеон, вы ведь умеете перемещаться?
– Куда? – попытался вскочить он. – В иные миры – нет, я только…
Положив на его руку свою, я заставила его остаться на месте.
– В иные миры нам не надо, да я и не стану требовать от вас невозможного. Меня интересует перемещение вообще, в принципе. Что вы делаете для того, чтобы переместиться куда-то? Что при этом чувствуете? Каково это – перемещаться? Наверное, так удивительно и прекрасно!
– О, ваше величество! – одарил меня Перинеон восторженным взглядом. – Когда я переместился в первый раз, думал, что счастливее меня нет никого на свете!
– Как давно это было?
– В десять лет, раньше перемещаться запрещено, слишком опасно для неокрепшей детской психики. Ребенок может испугаться и случайно переместиться куда-нибудь в опасное место.
– Но вы с раннего детства знали, что у вас имеются эти способности?
– Конечно. Мой отец был перемещателем, дед был перемещателем, прадед… Все мужчины по мужской линии.
– А женщины? – подалась я к нему.
– Это не женское занятие, – с удивлением глянул на меня молодой человек.
– Я не спрашивала, были ли женщины вашего рода перемещателями, – довольно резко отреагировала я. – Меня интересует, умели они перемещаться в принципе?
– Мама как-то рассказывала, что баловалась, когда ей было лет двенадцать, пряталась в лесу от подруг, когда ходили по грибы: была тут – и уже нет. Кричит им: «Ку-ку!» от соседнего дерева. Они туда, а она уже сзади на сотню шагов: «Ку-ку! Ку-ку!»
– Аня Куку, – пробормотала я, уже почти наверняка поверив, что и я смогу так же.
– Что? – поднял брови перемещатель.
– Это я так, образно. Но вы не ответили, что делаете для того, чтобы переместиться?
– Вижу цель и стремлюсь к ней, – пожал плечами молодой человек. – Нужно хорошо представить то место, куда нужно переместиться, и как бы шагнуть к нему. Отец учил, что проще всего использовать какую-то хорошо узнаваемую, яркую деталь. Когда перемещаюсь сюда, я вспоминаю сам дворец, но как бы в общих чертах, а вот этот фонарь у входа, – нашел он взглядом магический шар-осветитель на столбе с ажурными литыми украшениями, – я представляю совершенно отчетливо.
– И шагаете? – спросила я.
– И шагаю. Главное при этом не сомневаться. Как не сомневаемся, когда идем по лестнице; мы ведь не думаем, что ступеньки нам только мерещатся.