Я пришла к нему в кабинет, одетая уже в коричневые штаны и белую рубаху. Его любимое величество поднял на меня удивленный взгляд:
– Решила поездить верхом? Давно ты этого не делала. – Он тут же покраснел и смущенно крякнул. – Я имею в виду, на лошади.
– О, нет, дорогой, – небрежно махнула я рукой. – На лошади сейчас некогда. Я хочу отправиться в Вилонар. Именно как Анель. Хочу провести там полную инспекцию, проверить, как идет подготовка к свадьбе наших дорогих Мареона и Анны. Может, при виде королевы пошустрей забегают. Вот и оделась посвободней: вдруг где-нибудь в пыли-грязи ползать придется. Кстати, у меня к тебе просьба: дай какую-нибудь твою рубашку, ту, что потемней, а то белую я, боюсь, извазюкаю. И еще, я там, скорее всего, надолго, еще с Агашей хочу потрепаться, с Усечкой поиграть, так что обедай точно без меня, но и на ужин если не успею, не переживай. Я там поем.
– Точно поешь? – свел брови Вилеон. – А то знаю тебя: увлечешься чем-нибудь – и про еду, и про все остальное забудешь.
– Про все остальное точно не забуду, – пообещала я. – Оно само напомнит. И про еду постараюсь не забывать, – успокаивающе подняла руку, опередив открывающего рот мужа.
– К ужину все-таки тоже постарайся вернуться, – продолжал хмуриться тот. – Не вздумай там надувать шарики! Их две тысячи штук, так ты и до завтрашнего ужина не прибудешь.
– Что я, маленькая, две тысячи шариков надувать! – возмущенно фыркнула я. – Может, один-два если. Просто попробовать, как надуваются. Так ты мне дашь рубашку?
– Выбирай, – кивнул любимый на шкаф. – Но она же тебе будет велика.
– Ой, да подумаешь! Подверну, подоткну… Я ведь не на бал собираюсь.
Я перебрала рубашки супруга, выбрала темно-серую, почти черную, тут же сняла свою белую… Это было моей ошибкой – в итоге я отправилась в Вилонар минут на сорок позже задуманного, зато с немножко успокоенной совестью: главное, что я мужа люблю, и он это видит. А небольшой обман – это так, женские шалости. В конце концов я же его рубаху не насовсем забрала!
Поцеловав Вилю в щечку – в губы было рискованно, так бы и день закончился, – я выбежала в коридор с призывным криком:
– Перинеон! Перинеон! Ты мне срочно нужен!
Перемещатель возник передо мной в метре, едва на него не наткнулась.
– Слушаю, ваше величество!
– Пойдем, пойдем, – взяла я его под руку, – сейчас расскажу, что мне нужно.
Спустившись на первый этаж и отведя зардевшегося от прикосновения влюбленного мужчину подальше от дворца, я, оглядевшись, спросила:
– У вас мама есть?
– Д-да… – заморгал Перинеон. – В деревне.
– Давно ее навещали?
– Так ведь… – Перемещатель стал и вовсе красным как рак. – Служба же. Вдруг вам срочно куда…
– Моя вина, – вздохнула я. – Не думаю о людях. Но я исправлюсь, обещаю! Уже начала. И вот вам мой приказ: отправляйтесь сейчас к маме и до вечера здесь не показывайтесь. Нет, давайте до завтрашнего утра! Все ясно?
– Н-нет, но…
– Что «нет»? – начала я злиться. – Мама в деревне скучает. Навестите ее! Завтра утром вернетесь и доложите. Теперь ясно?
– Ясно, только… Мама не скучает. У меня три брата, они с мамой живут. И жены их тоже. И дети…
– Глупый вы, Перинеон! Мама по каждому своему ребенку скучает, будь их у нее хоть два, хоть два десятка. Теперь окончательно ясно или еще что-нибудь разъяснить?
– Не надо, ваше величество! – вытянулся по струнке перемещатель. – Теперь яснее некуда.
– Тогда выполняйте!
Дождавшись, пока молодой человек растворится в воздухе, я представила знакомый фонарь у входа в гиленский дворец и вскоре уже входила в свои бывшие покои.
Агаша все поняла сразу. И спросила:
– Уже?
– Да. Чего тянуть? Тем более я видела место, куда мне нужно, у Вили картина на стене. Представляешь? А я раньше и внимания на нее не обращала.
– Волнуешься? – уловила мое состояние сестренка. – Может, все-таки…
– Агаш, не начинай! – резко прервала ее я. И тут же смягчилась: – Не обижайся только, ладно? Все ведь уже обговорили.
– Ладно, – вздохнула фейона. – Снимай с руки нитку, намагичу по полной.
– Давай, – стала развязывать я жемчужную фенечку. – А я как раз пока переобуюсь и поищу где-нибудь темный камзол.
Черные сапожки я нашла там, где их и оставляла. С камзолом было сложней – у меня такой одежды, понятное дело, не водилось. Первой мыслью было сходить в покои Мареона, поискать там, но господин гилен был крупнее моего мужа, а я собиралась перевоплощаться в мужчину еще более худощавого, чем Вилеон. Да и заходить в комнаты гилена в его отсутствие даже для королевы было не очень красиво. Особенно для королевы! Пойдут потом пересуды, мне это надо? Второй мыслью, вряд ли намного умней, была такая: если я, будучи воплоэной, оказалась также и перемещателем, то почему бы не оказаться до кучи еще и находителем? Если не людей, то хотя бы камзолов. И ведь я это подумала не в шутку, а всерьез, вот до чего дошла.