— Хм, я понимаю, к чему вы клоните, и я… — начал граф, но его перебил нервный стук в дверь.
В зал, согнувшись в почтительном поклоне, вбежал молодой солдат, весь бледный и запыхавшийся.
— Простите, ваша милость! Срочное донесение! Для капитана Гаазэфа и Хрума!
Граф взглядом, полным молний, уставился на солдата, но разрешил ему пройти. Гаазэф же в этот момент поднялся и коротким шагом пошёл к посыльному навстречу, затем взял у него свёрток и развернул.
Что ещё? — пронеслось в голове у Гаазэфа, пока он читал донесение. — Что? Неужто предали? Когда их успели завербовать? Нет, выглядит странно. Миссия была бы самоубийственной…
Гаазэф пробежался глазами по тексту, и его лицо осталось невозмутимым. Он поднял голову и обратился к солдату.
— Понял. Передай тому, кто доставил: «Не принимать никаких действий. Ждать нашего возвращения».
Посыльный кивнул и выскочил из зала, а Гаазэф вернулся на место.
— Ну? — нетерпение графа было сродни физической боли. — Что за срочное донесение?
— Я потребовал докладывать о передвижениях барона в любое время, и вот… В общем, барон и его армия приближаются. Его авангард будет здесь через несколько дней. Движутся налегке, без обоза. Видимо, планирует осадить город как можно быстрее, а основные войска прибудут позже.
— Коварный ублюдок! — граф в ярости ударил кулаком по подлокотнику. — Будто знает, что мы не всё зерно собрали! При долгой осаде ведь голодать будем!
— Есть и плюс, — заметил Гаазэф. — Авангард прибудет измождённый.
— Предлагаешь устроить засаду? — в голосе графа зазвучала надежда.
— Нет. Наши люди — и ваши, и мои — на пределе. Им нужен отдых и лечение. Да и маги истощены. Но… — Гаазэф сделал многозначительную паузу. — Если среди ваших подчинённых есть маги, способные на диверсию… Разрушить западный мост, испортить дорогу. Мы сможем задержать их и нарушить снабжение. А если найдутся боевые маги — мы сможем издалека изматывать их, сеять хаос и панику. Нам это ничего не будет стоить, а враг потеряет главное — уверенность в лёгкой победе.
Граф задумался. Он говорит дело. Чёрт возьми, говорит дело.
— Есть те, кто владеют магией земли, подобные им и строили дорогу, а значит, смогут её и разрушить, — медленно проговорил он. — Но боевые… такие конечно тоже найдутся, однако сомневаюсь, что знать рискнёт своими драгоценными отпрысками. — граф уплыл в раздумья и спустя минуту решительно произнёс: — Но я постараюсь договориться.
— Сообщите, как только у вас получится, — сказал Гаазэф. — Но помните, что самое удачное время — завтра утром, крайний срок — полдень.
Граф кивнул. Тогда Гаазэф поднялся, захватив с собой Хрума, который уже допивал третий графин вина, и сославшись на важные дела, вышел из зала.
Подземелье гоблинов.
Влажный, пропахший плесенью и дымом воздух логова резал лёгкие.
Халтос сидел на троне и считал потери. Цифры жгли изнутри, как раскалённые угли.
Хобы. Мои верные, глуповатые хобы. Потерял почти три сотни. Сотню забрало сражение, две — мой переворот. Осталось двести пятнадцать и семьдесят девять элитных хобов.
Орки. Чёрт! Всего пятьдесят четыре… Выжила лишь горстка самых живучих и злых! Огры. Двое. Тролли. Боевой — один, и двое обычных. Каждый из них — на вес золота.
Итог печален, — резюмировал Халтос про себя.
К тому же на город людей идёт целая армия, и высовываться сейчас — верная смерть.
Мне нужны быстрые рейдерские отряды для налётов. Наверняка будут бегущие от войны с припасами и деньгами, таких необходимо изловить, ограбить и убить, а женщин пленить.
Также нужны глаза и уши. Создам тридцать разведчиков, пусть ползут во все стороны. Информация сейчас дороже всего остального.
Мысли Халтоса без конца вертелись и вокруг недавнего инцидента, случившегося уже после того, как он отступил к подземелью.
А я ведь говорил жирдяю, что еще один хозяин подземелья объявился, и теперь у меня есть явные доказательства. Всё указывает на некромантов. Где-то рядом есть ещё один «король» — король нежити.
Только вот насколько он силён? Надо выяснить, причем срочно!
Пожалуй отправлю дополнительных разведчиков в лес, если там есть нежить они её быстро отыщут со своими способностями.
А сейчас… сейчас мне нужно отвлечься. Пойду и хорошенько потрахаюсь!
Тропа сквозь спящий лес.
Глубокая ночь. Безлунная, беспросветная тьма, которую не в силах развеять холодный блеск далёких звёзд.
Воздух стоял неподвижный, ледяной, густой. Он пах смолой, прелыми листьями и приторно-сладким душком разложения.