«Значит, не в Алмару, — хмуря брови, обронил принц. И после паузы задумчиво посмотрел на друга:- Но если железо с кожей еще можно пережить, то корабельная сосна меня беспокоит, Натан. С каких пор Мэйнард Второй озаботился флотом? К чему тратить на это силы и средства, когда есть перевалы Туманного хребта? Морем идти на Геон — глупость!»
«Это если с востока, — помолчав, сказал Бервик. — Там и расстояние, и соседи, которым парад парусов может не понравиться. А вот запад? Во-первых, крюк гораздо меньше, во-вторых, рабовладельцы Эйсера всегда стояли за Норт-Прентайсов, ну и, в-третьих…»
«Бар-Шабба, — мрачнея, закончил за его сиятельство Рауль. — Да, пожалуй, ты прав. Памятуя о нездоровой активности Данзара на землях магов, можно не сомневаться, что Хонза — или его преемник — флот Мэйнарда через пролив пропустит. И хорошо, если только этим ограничится… Кстати говоря, что там Норвиль?»
Граф поморщился, вспомнив доверенное лицо архимага. Хьюго Норвиль был тем еще крепким орешком.
«Стоит как скала. И уже вовсю готовится в скором времени принять мантию архимага. Жаль только, зря! И вдвойне жаль, что до эль Гроува это дошло только сейчас».
Принц выпрямился. Так вот почему верховный маг Геона, опутавший сетью каждого гостя, столь мало внимания уделил одному из важнейших?..
«Значит, — Рауль, прищурившись, взглянул в лицо другу. — Птицелов наконец понял, что ищет не там… А мы?»
«А мы, похоже, все-таки нашли, ваше высочество»
— Ваше высочество! Плечо!
Рауль, очнувшись от своих дум, раздраженно сдвинул брови. Опять? Да сколько можно?
— Маэстро, — с любезной улыбкой проговорил он отнюдь не любезным тоном, — поверьте, мы ценим и ваш несомненный талант, и вашу самоотверженность, однако герцогиня устала, а у меня сегодня еще очень много дел.
Амбер хотела что-то сказать, но, бросив взгляд на мужа, промолчала. Придворный художник покорно склонил голову.
— Как будет угодно вашему высочеству, — не без разочарования в голосе отозвался он. — Прошу прощения, ваша светлость. Виноват, совсем позабыл о времени…
— Ничего страшного, — за них обоих ответил принц, помогая супруге подняться. — Завтра продолжим.
— Благодарю, ваше высочество, — художник, отложив измазанную краской палитру, согнулся в глубоком прощальном поклоне и протянул руку к колокольчику. Двери пропахшей маслом и олифой мастерской распахнулись перед Раулем, как врата в чертоги Пятого неба. Принц, улыбнувшись, наклонился к уху жены:
— Надеюсь, вы простите мне эту маленькую ложь, дорогая. Но, увы, у меня и впрямь весь день расписан по минутам.
— Я понимаю, ваше высочество, — кивнула она. — И вы меня простите, что не поняла сразу… Если пожелаете, завтра я могу «устать» еще раньше, все равно маэстро планирует закончить портрет самое лучшее к марту.
— Честно говоря, это было бы замечательно, — прижав ладонь к сердцу, шепнул Рауль. — Вы истинное сокровище, моя дорогая!
Он склонился над ее рукой, затянутой в тонкую белую лайку, препоручил супругу заботам уже обступивших их фрейлин, кивнул гвардейцам ближнего круга, скучающим у окна, и поспешно ретировался. Если его высочество где и солгал, так только не в отношении своего расписания, которое на самом деле было весьма плотным — и это только официальная его часть. А ведь была еще другая, причем никак не меньшая по значимости…
— Честер, — через плечо бросил Рауль адъютанту, — граф Бервик не возвращался?
— Вернулся, ваше высочество. Еще с час назад заходил справиться, не закончился ли сеанс. Я хотел доложить, да побоялся, что помешаю.
Принц бросил на него пасмурный взгляд. Так вот кто виновник всех его мучений! И Натан тоже хорош, нашел время церемонии разводить. «Друг, называется, — сердито подумал Рауль. — Ведь знает же прекрасно, как мне опостылело это позирование» Его высочество передернул плечами и сухо сказал:
— В следующий раз будь смелее, Честер. Где сейчас его сиятельство?
— Ожидает вас в кабинете, — виновато отозвался адъютант. Рауль кивнул, сворачивая в правую западную галерею. Гвардейцы, предводительствуемые пришибленным Честером, в ногу шагали следом. «Что-то он слишком быстро обернулся, — подумал о Бервике его высочество. — Хотя, с другой стороны, принес бы дурные вести — не стал бы с художником миндальничать» Набежавшие было на лоб принца морщины разгладились.
Вернувшись в свои апартаменты, Рауль отослал сопровождение и, велев адъютанту подать им с графом крепкого горячего чаю, шагнул через порог рабочего кабинета. Сидящий в кресле у стола Бервик, обернувшись, поднялся.