– Я прослежу, чтобы никто тебя не тронул! – уверял ее ударник.
– Тебя-то я больше всего и боюсь, Дэнни! – парировала Луи-Мэй и крепко поцеловала его.
Остальные уныло кивнули. Луи-Мэй с самого начала очень нравился ударник, а после успеха их первой песенки она звала его не иначе как Дэнни. Но девушка считала грехом близость с мужчиной вне брака и чуть меньшим грехом – саму возможность такой близости, пусть даже гипотетическую. Возможно, она просто боялась сама себя. В любом случае результат был таков: Луи-Мэй предъявляла свои требования, а молодые люди принимали эти условия игры, даже не пытаясь понять, чем они вызваны Автобус исключался. Что же остается?
– К примеру, магия, – предложила Луна. – Достаточно большой ковер смог бы…
– Нет! – взвыл гитарист. – Ни за какие деньги! Нас сдует ветром!
Его боязнь полетов даже усилилась при мысли об открытом ковре.
– Или фургон с запряженным в него драконом…
– Разве можно доверять свою жизнь дракону! – возмутился органист. – Эти проклятые твари только и мечтают вас поджарить! Когда магия была под запретом, добрая половина из них пряталась в Аду, и зло осталось в них на веки вечные. Конечно, погонщики знают защитные заклинания, но заклинание может и не сработать!
– Есть еще единороги.
– Так они же никого не слушаются! – возразил ударник. – Кроме как… – он покосился на Луи-Мэй. – Ну, и…
– Я всегда обожала единорогов, – призналась Луи-Мэй.
– Да, но если она… Если что-нибудь с ней случится, где мы тогда окажемся? – спросил органист, в упор глядя на ударника. – Застрянем в какой-нибудь проклятой дыре с парой разъяренных единорогов в придачу?
– Как это прикажешь понимать – «что-нибудь случится»? – возмущенно воскликнула Луи-Мэй. – Я же говорила, ничего не может… – Тут она взглянула на ударника, который безуспешно пытался спрятать от приятелей свое покрасневшее лицо. – То есть ничего не должно… Во всяком случае, это маловероятно.
Луи-Мэй тоже покраснела, но ей было проще – ее черная кожа служила неплохой маскировкой.
– Пожалуй, лучше нам обойтись без единорогов.
– Поговорю-ка я с местными цыганами, – сказала Орб. – Уж они-то знают толк в путешествиях с большим багажом.
– Так ты цыганка? – спросил гитарист. – Всегда думал, как было бы славно жить в фургоне и тащить все, что плохо ле… Ну, то есть…
Орб улыбнулась:
– Цыгане поступают так для того, чтобы выжить. Они совсем не плохие люди, просто не любят никаких ограничений.
– Понимаю их чувства, – сказал гитарист.
– Хочешь, пойдем со мной, послушаем, что они скажут.
– Еще как хочу!
Ковер Орб был способен при необходимости поднять двоих, но гитарист не смог бы лететь на нем ни при каких обстоятельствах. Поэтому они просто взяли такси и отправились в тот район, где стояли сейчас цыгане. Орб решила, что стоит прихватить с собой инструменты – цыгане любят музыку.
Увы, их ожидало горькое разочарование. Местные цыгане носили потрепанные, однако обычного покроя костюмы и ездили на помятых автомашинах. Более того, они были недружелюбны и плохо относились к незнакомцам.
– Уходи отсюда, женщина, – огрызнулся кто-то из них. – У нас и без тебя хватает неприятностей.
– Но я жила среди цыган в Европе! – воскликнула Орб. – Я знаю ваш язык!
– Да? Ну скажи нам что-нибудь!
– Я ищу средство передвижения, – сказала Орб на кало.
Цыгане смотрели на нее непонимающими взглядами. Потом одна старая женщина кивнула.
– Да, это древний язык, – промолвила она. – Но мы почти забыли его здесь, а те, кто помоложе, никогда и не знали.
– Ох!
Орб постаралась не выдать своего разочарования:
– Может быть, вы все-таки сможете мне помочь? Я хочу только узнать о…
– Неужели нельзя взять машину? Или ковер?
– Нас пятеро, и у нас с собой музыкальные инструменты. Один из нас не поедет в автобусе, а второй не переносит полетов. А мы хотели бы ехать вместе, если бы придумали как.
– Ты знаешь цыганские обычаи?
– Я же говорила, в Европе…
– Танцевать умеешь?
– Я знаю танану, – осторожно начала Орб, – но…
Женщина рассмеялась:
– Ты же не сможешь танцевать ее! Умрешь от стыда. Ты ведь не цыганка, ты просто наблюдала за нами!
– Это верно. Но я уважаю цыганские обычаи, пусть они на самом деле не мои. Вы мне не поможете?