— Тем не менее, ты назвал его по имени. Используешь его как ругательство?
Он сгримасничал.
— Некоторые почувствовали себя преданными, когда Джанан не поспешил спасать нас от нападений грифонов и кентавров. Прошло пять тысяч лет, в конце концов. — Мда, я бы тоже бросила ждать кого-то после стольких лет. — Началось все с простого упрека, не ругательства, но позже это переросло в привычку, от которой некоторые из нас не могут избавиться.
— Людям, которые все еще в него верят, вряд ли это нравится.
Сэм хмыкнул.
— Нет, не очень. Постарайся не перенять мои плохие привычки, если хочешь остаться у Совета на хорошем счету. Мойрик действительно в него верит.
Поскольку я ушла с дороги, мои ботинки захрустели по гравию, смеси из пепла и гальки.
Сильный запах серы щекотнул нос, он дул в направлении леса, оставляя белые кусочки инея на ветвях.
Я подошла к гейзеру — хотела посмотреть внутрь — но Сэм тронул меня за плечо, молча напоминая о его предупреждении, которое он дал, когда мы вошли в огромную кальдеру: Земля, в некоторых местах, тонкая, легко может разломаться и скинуть тебя в горячую грязевую яму до того, как ты успеешь отпрыгнуть.
С некоторых пор, Сэм предпочитает хранить молчание, когда я творю такие идиотские вещи, как карабканье вверх по каменной стенке, чтобы лучше увидеть окружающую территорию. И я восприняла его предупреждение о хлипкости земли всерьез.
— Так что, ты почувствовал себя преданным? Я имею в виду Джанана.
Я побежала к стене, будто именно я была нашим проводником на протяжении всего пути.
— Немного. Мне хотелось верить, что мы появились тут с какой-то целью.
— Мне знакомо это чувство.
У стены не было трещин или цветных пятен, она была столь же твердая, как мрамор, и я решила подвинуть бинт с руки, чтобы почувствовать: действительно ли она такая гладкая, как смотрится. Нагретый солнцем камень не царапал мою чувствительную руку.
— Подожди, — сказал Сэм, когда я собралась отойти. Он придвинулся очень близко ко мне. — Одну секунду. — Затем его рука накрыла мою, пальцы аккуратно просунулись между моими. — Ты чувствуешь? — даже не шепнул, а выдохнул он.
Чувствую что? Его прикосновение? Жар, исходящий от его тела? Да, определенно.
Камень начал пульсировать, как кровь, бегущая по артерии. Я отпрыгнула назад: от Сэма, от стены. Это не солнце нагрело стену, тепло исходило изнутри.
— Как оно это делает? — мне хотелось потереть руку о штаны, но новая кожа была слишком нежная для такого риска.
Вместо этого, я снова обернула руку бинтом, довольно грубо и сильно, передавив циркуляцию крови к пальцам. Сэм наблюдал за моими махинациями.
— Стена всегда так делает. А что?
— Мне не понравилось то, что я почувствовала.
Я осторожно отошла, но не для того, чтоб идти дальше. Просто подальше от нее.
Он последовал за моим неловким отступлением, переводя взгляд с меня на гейзер позади.
— Почему?
Я остановилась и дала себе передохнуть, вдыхая воздух, когда земля начала трястись под моими ногами; она слишком тонкая, чтобы там было безопасно стоять. После стольких недель, я наконец-то попала в Сердце, и теперь просто убегу? Нет. Я пришла сюда узнать, почему появилась на свет, и не дам дурацкой стене запугать себя.
Сэм предложил взяться за его руку, все еще с опаской посматривая на землю.
— Идем. Мы почти дома.
У него дома. Точно. Где я останусь, пока Совет не решит, что со мной делать.
— Хорошо.
Я проигнорировала предложенную руку.
Сэм еще секунду вглядывался в меня, но потом просто кивнул.
— Дорога не займет много времени. Я могу открыть ворота, но подозреваю, что они захотят зарегистрировать твой приход.
Он одарил меня извиняющейся улыбкой, так что я не стала жаловаться на такую несправедливость. Но только на этот раз.
— Почему вы оставляете их закрытыми?
Он шел между мной и стеной пока мы возвращались к Шэгги, который махал своим хвостом и с тоской глядел на арку.
— Это традиция, по большей мере. В последние столетия у нас не было проблем с троллями и великанами, но было время, когда нам приходилось баррикадироваться от них. Кентавры, драконы — все они атаковали нас, не говоря уж о сильфах. Сейчас Сфера лучше защищена, но тот факт, что они давно не пробовали напасть, не значит, что этого никогда не случится. Мы не хотим оказаться не готовыми.
Я видела рисунки битвы в коттеджных книгах, большинство старались деликатно использовать как можно меньше красных чернил. Если бы я умерла в несчетных войнах против других жителей планеты, то тоже бы хранила двери закрытыми.