— Что ты чувствуешь?
— Словно ожог. Это нормально.
Он поцеловал меня, не так страстно, как раньше, но так же сладко. Сонный поцелуй, он едва боролся со сном. Сэм всегда настороженный, непривычно видеть его таким.
— Как там твоя внутренняя гроза?
— Уже и забыла о ней.
Я не хотела, чтобы этот час заканчивался. Сэм, о котором я всегда мечтала, был здесь, и я в его объятиях. Я ему нравилась. Конечно, никогда не забуду того грустного Сэма после нападения драконов, и того, который каждую ночь куда-то уходил, который думал, что нам не стоило танцевать и целоваться. Но сейчас, с этим Сэмом, я наслаждалась ощущением счастья.
— Хочешь, расскажу секрет?
— Да.
Он уселся на кровати, и я последовала его примеру. Может, если я не буду откидывать одеяло, он не уйдет. После сегодняшнего я ни в коем случае не хочу с ним расставаться. Я должна заставить его и дальше оставаться таким, милым Сэмом. Сэмом, который поцеловал меня.
— Если не считать нападения и того, что нас чуть не убили, а так же той части, где я начала швыряться вещами, сегодня был лучший день в моей жизни, — прошептала я.
Его брови взметнулись вверх.
— В моей тоже.
Я собиралась подразнить его, что, должно быть, у него такая короткая жизнь, но тут снизу послышался стук. Мы замерли и напрягли слух, и тут вновь послышался стук.
— Кто-то у двери.
Уже довольно поздно.
— Врач? Или наши нападавшие?
Он встал с кровати и кивнул.
— Держи при себе нож, что бы ни случилось.
Посмотрев на меня напоследок, он вышел из комнаты.
Я влезла в нормальную одежду, засунула нож за пояс и пошла за Сэмом. С балкона над гостиной я разглядела только его у двери. Сэм закрывал собой вид на ночного гостя.
— Я не понимаю, — сказал он.
— Ты арестован.
Этот высокий и молодой голос был мне знаком. Мойрик? Свет внизу был тусклым, но я все равно заметила еще одну тень в дверном проеме, может, даже две. Точно нельзя сказать.
— Тут все ясно. Я только надеюсь, что ты не усложнишь нам работу.
— Но за что?
— За заговор с целью убийства Аны, новой души.
Глава 24 — Одержимость
— Нет!
Я кинулась к лестнице, обратив на себя внимание каждого.
— Нет, он этого не делал. Не мог.
Не успела я достигнуть ее середины, как в дом зашли еще три человека. Ли в том числе, все такая же злая и грозная, как в день нашей встречи на рынке. Как в день, когда я покинула коттедж Пурпурной Розы.
Я затормозила и так вцепилась в перила, что рука онемела.
— Что она здесь делает?
— Она здесь, чтобы забрать тебя домой, — сказал Мойрик. Остальные двое — Корин и какая-то незнакомка — двинулись в сторону Сэма.
— Ты была передана на ее попечение.
— Нет.
Я разжала руки и перепрыгнула через оставшиеся ступеньки. Я не могу пойти с Ли. Только не снова. Предполагалось что я стану свободной.
— Сэм, не дай им это сделать.
Ли выругалась.
— Ана, он обманывал тебя. Разве ты не заметила, как он каждую ночь прокрадывался в библиотеку?
— Лгунья! — Я едва могла дышать от накопившейся внутри злости и страха. Она не совсем врала.
Сэм протянул ко мне свою раненую руку, но Корин дернул его назад, не обращая внимания на повязку.
— Не прикасайся к ней, — закричал он. — Не после того, что ты натворил.
— Что я натворил? — Сэм вырвался из хватки Корина, но больше ко мне не тянулся. А я не двигалась, так как Ли блокировала мне путь.
— Я бы никогда не навредил Ане. Сегодня на нас напали. Это была Ли.
— Это правда!
Меня, естественно, проигнорировали.
— Уведите его! — Прорычала Ли, указывая на стражей. — Корин, Алета, уберите его от моей дочери.
Я отчаянно хотела уйти, бежать, но не могла бросить Сэма.
— Делайте, что говорят.
Мойрик открыл дверь шире, пока Корин и Алета выводили толчками Сэма.
— Нет!
Я освободилась он своего паралича, протиснулась мимо Ли и кинулась к Сэму. Чьи-то руки впились в мои бока; Ли с ворчанием отдернула меня, вновь становясь между нами.
— Сэм! — крикнула я.
Он начал бороться со стражами, но они были сильнее и, вскоре, его вывели из дома.
— Это к лучшему.
Мойрик закрыл дверь. Послышался приглушенный ропот запустившегося двигателя, быстро исчезнувший, стоило заработать батареям. Они увезли его.
Я стояла посреди гостиной, Мойрик — между мной и дверью, а Ли перекрыла путь к лестнице. Я была в ловушке, бабочка под стаканом. Мои мышцы и кости заболели, а голова отяжелела от шока, страха и усталости. Если я не заговорю сейчас, ко мне никогда не прислушаются.